Сплендор полностью

Поднявшись, он поспешил ей навстречу.

– Что случилось?

– Я только что говорила с Эдрианом, – выпалила она, и голос ее звучал пронзительно и возбужденно. – И он сказал, что владельцы этого отеля обучают тебя творить волшебство.

Сердце Анри словно сжали в кулаке. Он не хотел, чтобы она узнала об этом вот так.

– Это правда? – спросила она. – Ты помогаешь им?

Правда застряла у него в горле. Ему было не по себе от того, как она смотрела на него.

– Это правда, да? – Каждое ее слово было как удар ножом.

– Да.

– Значит, вот почему ты вчера посмеялся надо мной. Потому что знал, что я права и ты так же виноват во всем этом, как и они.

– Нет! Ни в чем я не виноват. Я засмеялся, потому что знал, что ты ошибаешься, что все совсем не так.

Ее глаза наполнялись слезами, и она медленно пятилась от него.

– Я думала, мы друзья. Но, видимо, это не так. Я не хочу тебя видеть.

– Клементина, подожди.

Но она не стала ждать. Взбежав по ступенькам, она скрылась в отеле. Нет, он не может ее потерять. Он должен узнать те ответы, которые она пытается найти, и тогда он скажет ей правду. Обо всем.

Анри бросился бежать, и бежал, не останавливаясь, пока не поднялся в пентхаус. Постучав, он не стал ждать, когда ему откроют, а распахнул дверь и ворвался внутрь.

Из-за угла вышла Стелла, держа в руках пыльную тряпку и стеклянный сосуд.

– Анри? Что ты делаешь тут?

– Это правда, что ты питаешь горячие ключи под отелем воспоминаниями гостей?

Стелла спокойно положила тряпку и поставила сосуд на стол.

– Кто тебе это сказал?

– Клементина.

– Понятно. А кто сказал ей?

– Эдриан.

– Анри, я просила тебя занимать ее, чтобы ее родители могли спокойно отдохнуть. Что именно в этом поручении ты не понял?

– Она мой друг, – сказал Анри. – Она считает, что отель как-то меняет ее отца. Я верю ей и обещал, что я добуду ответы на ее вопросы.

Губы Стеллы сжались в тонкую линию.

– Тебе не следует давать такие опрометчивые обещания. Вернись к ней и скажи, что ты ничего не нашел.

– Она достойна настоящих ответов.

– В самом деле? – Голос Стеллы был подобен змее, ползущей по траве – он был тих, но грозен. – А чего достойна я, Анри?

Его руки сжались в кулаки. Она пытается запутать его, но у нее ничего не выйдет.

– Значит, Клементина права? И отель действительно лишает ее отца воспоминаний?

– Неважно, права она или нет, важно другое – верен ли ты своей семье.

– При чем тут верность? Я не стану делать ужасные вещи просто затем, чтобы доказать тебе, на что я способен.

Стелла сделала три шага и оказалась рядом с ним. И с силой ударила его по лицу. Анри потрясенно выдохнул и отшатнулся назад.

– Ты будешь верным, или я заставлю тебя быть верным, – сказала она.

Он дотронулся до своей щеки. Она была горячей и болела.

– Ты не можешь меня заставить.

Она засмеялась:

– Ты так думаешь? Возможно, в твоей жизни было слишком много роскоши и привилегий. Поэтому ты и не рассказал своей подружке, кто ты? Потому что тебе стыдно?

Ее взгляд неприятно сверлил его, и он отвел глаза. Его захлестнуло чувство вины. Он не хотел обманывать Клементину, но, когда они познакомились, она решила, что он тоже гость. А когда он узнал, как она ненавидит этот отель, ему пришлось продолжать делать вид, будто их родители каждый год случайно выбирают одну и ту же неделю для своего визита сюда, потому что он не хотел потерять ее дружбу, признавшись, что он сын и наследник хозяев «Сплендора». Он вел себя как трус.

– Ничего мне не стыдно, – тихо пробормотал он, хотя и знал, что это ложь.

– Жаль, потому что тебе должно быть стыдно. Благодаря мне и твоему отцу ты живешь такой роскошной жизнью, которую только можно себе представить, но, вместо того чтобы быть признательным, ты проявляешь неблагодарность и непослушание. Тебе следовало прийти ко мне сразу, едва только эта девчонка начала задавать свои вопросы, но тебя так волнует то, что она о тебе думает, что тебе стало вообще неинтересно, какой ущерб она может нанести твоей семье.

– Клементина хочет только…

– Мне все равно, чего хочет Клементина! – Грозный голос Стеллы разносился по всему пентхаусу. Она прижала руку ко лбу, сделала глубокий вдох. Когда она заговорила снова, ее тон стал бесстрастным. – Мы с Тео вложили в этот отель всю душу, и я не позволю тебе разрушить дело всей нашей жизни. Возможно, тебе нужна другая биография.

Что-то в этом ее внезапном спокойствии заставило его почувствовать себя мухой, угодившей в паутину. Но почему? Нельзя же чувствовать себя так, когда с тобой говорит твоя собственная мать.

– О чем ты? У меня не может быть другой биографии.

– Да ну? – У нее сделался задумчивый вид. – Что, если бы ты был сиротой? – Она произнесла это небрежно, как будто раздумывая над тем, не стоит ли перекрасить стены в пентхаусе в другой цвет.

– Ты… – Анри сглотнул, и у него похолодела кровь. – Ты собираешься отречься от меня?

Стелла засмеялась:

– Нет, дорогой. Я собираюсь спасти тебя. Разве есть лучший способ обеспечить твою верность, чем если бы мы с Тео спасли тебя от сиротства и привели в «Сплендор», чтобы обучить волшебству?

Анри почувствовал, как по его сердцу медленно расползается ужас.