– Вы так говорите, будто император Ханюцзинь наложил на себя заклинание, – возразила я. – Если так, почему оно не сработало на леди Сарнай?
Я ожидала ехидного ответа, но он признал:
– Ее устойчивость к нему довольно необычна. Все любят императора, по крайней мере, когда я рядом.
Какое странное замечание.
Он пожал плечом.
– Возможно, леди Сарнай обладает собственными чарами.
Я замешкалась.
– Я слышала, что вы были расстроены из-за убитых ею соколов.
Эдан вскинул бровь.
– Значит, ты расспрашивала обо мне? – поинтересовался он и рассмеялся, увидев мое смущение. – Тебе стоит поработать над привычкой постоянно краснеть, мастер Тамарин.
– Я ничего не спрашивала, – оборонительно ответила я. – Леди Сарнай сама подняла эту тему.
– Что еще ты узнала обо мне?
– Ничего. Кроме того, что вам нравится меня мучить.
– Я тебе помогаю.
– Я не просила о помощи.
– Даже с твоим небольшим увлечением императором Ханюцзинем? – глаза Эдана заблестели и на сей раз стали зелеными, как листья позади него. – Учитывая, сколько любви к нему питает леди Сарнай, вполне вероятно, что он возьмет себе наложниц. – Он лукаво покосился на меня. – Я мог бы поместить тебя на первое место в списке, если хочешь.
Я одарила его самым хмурым выражением из своего арсенала.
– Я стану императорским портным.
– Мастер Хуань служил отцу его величества на протяжении тридцати лет. Думаешь, продержишься тут столько же, не раскрыв правду о себе?
Я сглотнула. Если быть откровенной, об этом я не думала, но Эдану знать это вовсе не обязательно.
– Да.
– Тогда ты крайне наивна.
– Да кто вы такой, чтобы указывать, что я могу и не могу делать? – фыркнула я. – Пока что я прекрасно справлялась.
– Ты тут не так долго пробыла, – напомнил мне Эдан, а затем самодовольно добавил: – И у тебя была помощь. Если бы не я, ты бы уже ехала на карете домой. Или была бы заперта в темнице.
Я хмыкнула, но от его слов надавила кистью на куртку сильнее, чем было необходимо.
– Полагаю, если ты останешься, я мог бы помочь тебе с маскировкой, – размышлял Эдан. – Все равно я и так тебе помогаю.
– И какая конкретно вам от этого выгода?
Он нашел монетку в кармане и подкинул ее в воздух.
– Мы с министром Лорсой заключили пари. Победитель получит свинью.
Моя рука дрогнула, случайно проведя лишнюю линию.
– Вы делаете ставки на мое будущее, чтобы выиграть свинью?
– Свиньи умнее, чем думают люди! Там, где я вырос, им чуть ли не поклонялись. – Он говорил так серьезно, что я не могла определить, шутка ли это. – Кроме того, мне не особо нравится Лорса. Будет весело посмотреть, как он проиграет свинью. – Эдан улыбнулся. – Я бы на твоем месте убрал куртку от окна. Скоро начнется гроза.
Я подняла взгляд.
– Я не вижу туч.
– По крайней мере, можешь довериться чародею в точном прогнозе погоды.
– Я рискну.
Эдан скорчил гримасу.
– Хотя бы убери ее от благовоний со стола Иньди. Ты же не хочешь, чтобы твоя работа пахла как молитвенный ритуал?
– Безбожник, – пробормотала я. – Какая вообще разница? Леди Сарнай все равно не носит наши изделия.
– Она пытается развлечь себя.
– Как вы развлекаетесь, делая ставки на мое будущее, чтобы выиграть свинью?
– Не совсем. Но я бы определенно победил быстрее, если бы ты использовала свои особенные ножницы.
Я выжала влагу из кисти.
– Я их закопала.
– Закопала? – Эдан ухмыльнулся, подкидывая монетку в последний раз. – Сколько раз я говорил тебе, что не стоит врать чародею, Майя Тамарин?
– Мастер Тамарин. И они мне не нужны.
– Ты так привыкла, что тебя недооценивают, что хочешь проявить себя. Не позволяй этому стать помехой на твоем пути. Принимай помощь, когда она необходима.
– Непременно. А теперь вы не могли бы уйти?
Он поклонился, его черные волосы окутало солнечным сиянием.
– Как пожелаешь, мастер Тамарин. – Эдан подмигнул. – Как пожелаешь.
…
Как бы я на него ни злилась, Эдан оказался прав насчет погоды. Вскоре после заката небо помрачнело. Загремел гром, сопровождаемый рассекающими небо молниями. По крыше забарабанил дождь, и я быстро убрала куртку от окон и закрыла их.
Оставалось лишь молиться, что краска высохнет, несмотря на влажность. Я потратила на нее приличное состояние: темно-фиолетовый цвет – один из наиценнейших поставок Аланди с Великой Пряной Дороги.
– Где Норбу? – спросила я Лонхая. – Его куртки здесь нет.
– Я его не видел. Иньди тоже. – Портной отпил из бутылки, которая была даже больше предыдущей. «Подарок» от Норбу, как я подозревала. – Надеюсь, он не попал под дождь.
У меня не было времени беспокоиться о благополучии Норбу. Я поставила куртку на стол и окинула ее критическим взглядом. Достаточно жесткая, чтобы оставаться в стоячем положении, с волнообразными рукавами и расшитым воротником, как было в моде в королевстве Фревера. В довершение сегодня я вплету шелковые ленты в ее кружевной пояс.
Каждая деталь заключала брак между одним концом Пряной Дороги и другим.
«Неплохо». Лучшее из всего, что я делала без помощи каких-то там особенных ножниц.
«Но подумай, на что бы ты была способна с ними», – не давал мне покоя внутренний голос.
