- Дочь моя, Рикайо, ты действительно была достойной наследницей, обладающей всеми качествами, присущими успешному правителю и, смею надеяться, не успела позабыть наши уроки. - По едва уловимому смятению в черных глазах Амилькаро понял, что девушка не понимает, к чему ведет столь неожиданное вступление. Это внезапно придало ему сил, и он продолжил, откинувшись на мягкую спинку кресла, - ты знаешь, в какой непростой ситуации мы находимся, Запад объединился с Востоком, их давно манят богатства Юга, и совместная коалиция этих варваров вполне может получить их силой. Однако, - мужчина чуть заметно повысил голос, заметив, что его собеседница хочет что-то сказать, - как ты можешь помнить, двадцать один день назад прибыл посол Северного Княжества и, помимо, заключения всем известных торговых договоров, он был уполномочен своим Князем передать мне это письмо, - протягивая дочери исписанный лист, ровно закончил он.
Тонкие смуглые пальцы южанки, унизанные многочисленными перстнями, уверенно взяли послание, и девушка углубилась в чтение витиеватых строк. Равнодушно скользя взглядом по многочисленным строкам, занятым перечислением титулов и регалий ее вне всякого сомнения достойного отца, она наконец дошла до того, что было истинной причиной визита Северного посла.
Взгляд выхватывал отдельные фразы, и тренированному уму понадобилось не меньше минуты, чтобы понять их смысл, навсегда разрушивший ее собственные робкие надежды на исход этого разговора.
"... старшая дочь, прекрасная Рикайо Солинти из рода Черных Кошек сочетается браком с младшим не наследным княжичем... рода Снежных волков..."
- Что же вы скажете, дочь моя? - поинтересовался повелитель, демонстративно не глядя в сторону, поглощенной чтением дочери. Он знал, он был почти уверен, что Рикайо согласится, она как никто другой осведомлена о напряженных отношениях между Югом и Западом с примкнувшим к нему Востоком последние несколько лет и знает, что угроза войны между ними практически неизбежна. Так же ей прекрасно известно о силе Северного Княжества, единственного из четырех Великих Империй, могущего позволить себе не ввязываться в свары между остальными тремя государствами. Запад, даже будучи в коалиции с Востоком, уже триста лет ни рисковал нападать на владения Снежных Волков, правящих Северным княжеством со дня его основания. Слишком жесток был тот урок, что преподали им северяне во время последней войны. Слишком позорным поражение и слишком великими жертвы.
И вот, впервые Князь принял решение женить одного из членов правящего рода, пусть и не сына, на девушке, не принадлежащей Северу.
Это был шанс. Реальный шанс. Ибо все знают, что для северян родство священно. И Юг, связанный с Северными владыками браком, будет неприкосновенен как минимум до смерти одного из супругов, связавших два государства.
И Амилькаро от всей души надеялся, что Рикайо понимает это. Как и то, что, став женой северного княжича, она перестанет быть угрозой для своего брата.
Он должен был пожертвовать своей старшей дочерью ради государства, и он был почти уверен, что дочь, так похожая на него самого, принесет себя в жертву.
- Вы совершенно правы, отец мой. Подобным шансом нельзя пренебрегать. - Судя по тому спокойствию, с которым Рикайо дала ответ, мысли, пришедшие ей в голову, после прочтения письма, были идентичны соображениям ее отца.
- Я рад, что вы понимаете это, дочь моя. И я горжусь вами. Вы поистине достойны своих Великих Предков, - кто знает, чего стоили Амилькаро Солинти из Рода Черных Кошек эти слова? Кто знает, о чем думает любящий отец, практически продавая свою дочь ради устранения военной угрозы государству. Больше всего на свете ему хотелось вскочить, обнять эту совсем еще юную девочку, глаза которой под искусным макияжем все еще оставались припухшими от слез по обожаемой матери, сказать, как ему не хочется лишать ее будущего рядом с семьей, но... Он прекрасно понимал, что никогда не отважится так обнажить собственные чувства и что сама Рикайо не примет его слабости. Не поймет и не захочет понять.
Она приняла его решение, ее разум полностью разделяет мнение отца, но вместе с тем она отчетливо понимает, что в данную минуту она не Рикайо, не дочь своего отца. О нет, сейчас она принцесса, этот извечный живой товар, которым тысячелетия скрепляли дипломатические и военные отношения между державами.
Нелегко чувствовать себя товаром в семнадцать лет, особенно той, что за годы привыкла к своему более чем привилегированному положению...
Какая ирония, мрачно думалось девушке, которая еще несколько недель назад была так счастлива, я, принцесса, чувствую себя не лучше последней невольницы, проданной за несколько медных монет. И то, что монеты, за которые продали меня, спасут огромное количества людей, и мою семью в том числе, нисколько не утешает.