– Омлет из цельного яйца с беконом, грибами, помидорами и двойным сыром, два тоста со сливочным маслом, стакан молока и один из тех кексов с черникой, что ты прячешь под стеклянным куполом, – сказала Дженни Сью.
Она ожидала хотя бы вздоха от Шарлотты, но не услышала ничего, и это не на шутку пугало. Еще немного – и она поверила бы в пришельцев вместо того, чтобы посмеиваться над ними, но, как послушная дочь, последовала за матерью на крытую веранду.
– Не смотри на мои ногти. Работа в саду не щадит их, но я как раз сегодня вечером собираюсь сделать себе педикюр, – предвосхитила она нелестный комментарий матери.
Шарлотта отмахнулась от этого замечания неуловимым движением руки, но все-таки слегка поморщилась, когда взглянула на ноги дочери.
– Когда ты жила в Нью-Йорке, даже во время беременности лучше следила за собой. А с тех пор как вернулась в Блум, превратилась в… – Шарлотта с трудом подбирала слова.
– В кого, мама? В кого я превратилась? – Дженни Сью почти обрадовалась возвращению в привычную конфликтную среду, хотя и пришла с миром.
– В белую шваль[35], – выплюнула Шарлотта.
– И что же делает меня белой швалью? – спросила Дженни Сью. Интересно, что еще извергнут уста Шарлотты Бейкер?
– Бегаешь с этими убогими фермерами, убираешь дома, – без малейшего колебания ответила Шарлотта.
– С людьми вроде Джеймса? – выпалила Дженни Сью.
– Где ты слышала это имя? Хотя нет, можешь не отвечать. Эти ведьмы Клиффорд распускают сплетни. – Шарлотта театральным жестом приложила руку ко лбу, растягиваясь в шезлонге.
– Какая разница, кто мне что сказал? Ты должна была сказать мне, но предпочла позволить мне ненавидеть папу за его интрижки. Вы оба хороши, – сказала Дженни Сью. Все это явно не походило на перемирие, запланированное на сегодня. Если она еще и не съест завтрак, который готовила Мейбл, будет вдвойне обидно.
– Конечно, – прошипела Шарлотта. – Я могла бы рассказать своей пятилетней дочери, что влюблена в другого мужчину и не могу оставить ее отца, потому что иначе запятнаю имя моей мамы и бабушки. В роду Уилширов никогда не было разводов, пока
– Я не раскаиваюсь ни в этом, ни в других своих решениях. Мы можем оставить прошлое в покое и поговорить о будущем? Мне давно уже пора рассылать резюме, но я все еще надеюсь, что вы с папой одумаетесь и позволите мне работать на семейную компанию. Если мне суждено унаследовать когда-нибудь этот бизнес, само собой разумеется, что я должна изучить его с нуля, – сказала она.
Шарлотта опустила руку и выпрямилась.
– Этого не будет.
– Почему же?
Шарлотта вздохнула.
– Предлагаю тебе сделку. Я скажу Диллу, чтобы он дал тебе работу, при условии, что ты вернешься домой, будешь участвовать в заседаниях нашего клуба красавиц и вечеринках, перестанешь общаться с этими старухами Клиффорд и порвешь с Риком Лоусоном. Как и с его сестрой, Крикет. Мне никогда не нравилась эта девчонка. У нее одни сплетни на уме.
– Нет уж, спасибо. – Дженни Сью отрицательно покачала головой.
– Я готова пойти на компромисс. Можешь оставить себе Рика, если он так хорош в постели, но чтобы никто не знал. Я не хочу, чтобы он бывал в этом доме в ином качестве, кроме как поставщика овощей для Мейбл, – сказала Шарлотта.
– Спасибо, нет, – повторила Дженни Сью. – Я могу найти работу где-нибудь еще. Мама, я знаю Рика исключительно как очень хорошего друга. Это не значит, что я не вижу никаких возможностей продолжения наших отношений. Он хороший человек, и он мне очень нравится и вполне может оказаться «тем единственным». – Она жестом заключила в кавычки последние два слова. – Но давай кое-что проясним. Мне плевать на уилширскую родословную. Я никогда не выйду замуж за еще одного проходимца, которому ты заплатишь за то, чтобы он женился на мне. – Она перевела дух. – Не надо на меня так смотреть. Я знаю, что ты сделала. Это не стоит мужчины, которого можно купить.
– Мужчина, которого можно купить, не
– Спасибо, – сказала Дженни Сью. – Сочту за комплимент.
– Я восхищаюсь тобой, – вымолвила Шарлотта.
– Что-что? Повтори? – Дженни Сью покачала головой. Да нет, не может быть, она наверняка ослышалась. Шарлотта всю жизнь суетилась вокруг нее, пыталась ее контролировать, хотела подогнать под себя, но никогда не говорила комплиментов.
– Жаль, что у меня не хватило смелости послать свою мать к черту, сказать, что выхожу замуж за Джеймса, и уехать с ним в любой военный гарнизон, куда бы его послали, – с тоской произнесла она. – Но я этого не сделала.
– Почему ты не развелась и не вышла за него замуж, когда он вернулся? – спросила Дженни Сью.
– Уилширам этого не позволено. Да и к тому времени у меня уже был ребенок, и я считала своим долгом обеспечить тебе настоящий дом.
– Уилширский дом? – Может, если бы она росла в семье военного, мама, по крайней мере, дарила бы ей настоящую любовь.
