В сущности, он был неплохим человеком, серьезным врачом-отоларингологом, но уж очень любил выпить. И еще любил угощать. Каждый вечер он шатался по Осаке, выпивая то здесь, то там и тратя на друзей всю зарплату. Понятно, я была наивной, сначала легко к этому относилась, думала, все мужчины такие… Раз за разом он обещал, что все будет по-другому, но перевоспитанию не поддавался. Даже когда я заполнила заявление на развод и стала его пугать, плодов это не принесло. Он держался несколько дней, а потом все начиналось снова.
Я нервничала, думала, ну почему он не меняется, сколько ни говори, почему он не понимает? Наконец я убедилась, что изменить его невозможно, надеяться глупо, — и бросила все попытки. Я задумалась, как же тогда сохранить нормальную жизнь для семьи, и поняла, что просто должна зарабатывать на домашнее хозяйство сама.
Я родила двух сыновей. Я все время думаю о том, что в детстве им обоим было из-за чего печалиться. Но я верила, что для детей очень важны полная семья и мир в ней, поэтому изо всех сил старалась сделать каждый день спокойным. А как же стресс, который во мне копился? Я выпускала пар, ругая мужа в беседах с пациентами! Похоже, им было в удовольствие слушать, как ворчит на супруга лечащий врач. Возможно, именно благодаря этому я завела много подруг среди пациенток!
Как бы то ни было, изменить чужой характер и поступки — сложное дело, поэтому важно понять, как ты сам можешь сгладить углы. Такой подход намного эффективнее, особенно если задуматься о том, какую нагрузку на себя берешь.
Я всегда старалась ограничить до минимума общение с людьми, которые мне не подходят, а с приятными, близкими по духу поддерживала тесные связи. Я работала во многих больницах, но отношения всегда строила на этой основе. На людей, которые мне не нравились, я старалась обращать меньше внимания, а тем, с кем ладила, уделяла как можно больше времени.
Может, поэтому я проработала довольно долго в каждом из мест.
Даже в семье ты — это ты, а другие люди — это другие люди. Если давить авторитетом, будет плохо и тебе, и тем, кто рядом.
За всю взрослую жизнь я ни разу не возвращалась в родной город Ономити. Меня часто спрашивали: «Не было ли вам грустно?», «Не боялись ли вы?», «Почему вы такая сильная?» Честно говоря, я боялась и печалилась. Когда мне что-то не нравилось, я и расстраивалась, и жаловалась, и хныкала. Но я должна была продолжать жить. И я не думаю, что обладаю особой силой. Просто я не варилась постоянно в печали и беспокойстве. Наверное, потому, что всегда помнила: каждый человек живет в одиночку.
Многие расстраиваются из-за взаимоотношений, но забывать эту мысль: «Человек полностью, до самого конца одиночка» — нельзя. Это относится и к родителям, и к детям. Все мы живем свои жизни, и все мы разные. Мы не можем все время глядеть в одном направлении. Переживать о том, что в воспитании детей у вас «не получается стать мамой-другом» или что на работе «не выстраиваются отношения с новыми людьми», — пустая трата времени. Просто не у всех есть постоянная потребность в «компании» рядом.
Конечно, ничего не может быть лучше, чем хорошие друзья или коллеги. Радость от общения с ними можно сравнить с оазисом для сердца. Уже оттого, что рядом просто есть люди, готовые вас выслушать, на душе спокойнее. Но, по моему мнению, это не означает, что друзья или хорошие знакомые
В целом взаимоотношения — довольно рискованное предприятие. Часто мы сближаемся и расстаемся вообще по чистой случайности. Мы легко принимаем сторону, которая сулит нам выгоду. А если люди долгое время не общаются или общаются редко, например из-за того, что находятся далеко друг от друга, то связи постепенно ослабевают. Это реальность.
Разве бывает так, что один из супругов всегда понимает другого, всегда думает о нем? Если так случается, то только у молодоженов. Все-таки у каждого человека есть своя воля, свои обстоятельства, своя жизнь, и все это постоянно меняется. И у родителей с детьми, и у братьев и сестер так же. Никто не будет постоянно о нас заботиться. Это естественно. И дети, которые были для нас дороже всего на свете, вырастают, становятся самостоятельными и отдаляются. У родителей своя роль. У детей — своя. Все так живут. Поэтому мне бы не хотелось, чтобы вы печалились и сожалели, если люди поступают не так, как вы надеялись.
Сострадание, на первый взгляд, очень привлекательное чувство. Но если мыслить шире, оно лишь выражение вашей привязанности к кому-то. А значит, доказательство того, что вы не запрещаете себе эмоции.
