– Кто отписку привез? – перебил Алексей Михайлович.
– «А с сею, государь, отпискою, – улыбнувшись, прочитал Алмаз Иванов, – послали к тебе, государю, сына боярского Панкратия Сухарева августа в 24 день…»
– Пять рублей ему! – воскликнул государь. – Пять рублей ему в награду за такую весть!
Гора спала с плеч. Полгода покоя не было. Теперь, когда в доме мир, можно ведь и о соседях подумать.
– Из Новгородские чети заплатите, – уточнил государь, где Панкрату Сухареву получить его заслуженную награду.
Алексей Михайлович сел на трон, посмотрел в окно, улыбнулся: небо пронзительно синее. Осень – чистый алмаз. Алексей Михайлович снова вскочил на ноги:
– На охоту еду!
Весь город Псков шел за двумя повозками. В первой сидели Прокофий Коза и Томила Слепой, во второй – Гаврила Демидов. На Прошке да Томилке – цепи, а на Гавриле вдвойне. Первую повозку охраняют два десятка казаков, а Гаврилу – вся полусотня.
Их везли в Новгород, в тюрьму. Сидеть им там было назначено в цепях же до скончания их века.
В вину им поставили не то, что заводчиками в мятеже были. За изменный к литовскому королю лист наказывали.
Схитрил царь: я, мол, как народ решил. Народ за лист к литовскому королю Демидова и его товарищей со старост сместил, а я за эту вину великую – в тюрьму их.
Толпа шла густая. Шли за городом, как хаживали к Троицкому дому слушать Томилу да Гаврилу. Шли за город, как шли за Гаврилой на Хованского. Воевода Львов, получивший назад городские ключи, сидел в Съезжей избе, будто на иголках. А ну как возвратится сейчас Гаврила назад во главе своего народа? А народ ждал его слова. Ждал-таки. Но Гаврила молчал, и толпа стала редеть.
С процессией повстречался Ордин-Нащокин. Ехал в крытом возке, впереди обоза. Возвращался Афанасий Лаврентьевич на житье в город. Пропуская повозки, остановил лошадей, прильнул к щели в завешенном окошке.
О, как спокоен был Гаврила!
Тоскливо стало. Собакин сидел воеводой, теперь Львов. Все бояре да князья, и все безмозглые. Оттого и беды.
– Мне бы городские ключи! – сказал Ордин-Нащокин вслух.
Он не знал, что недалеко то время, когда ему вручат ключи родного града Пскова [24] .
Обозы разошлись.
Толпа осталась позади.
По дороге пылили горемычные телеги и кони стражи. За телегами, не оглядываясь, отделенный от процессии стеной пыли, шел одинокий человек. За плечами – котомка. В руках – лукошко с пузатой сулеей для воды. Видно было, человек собрался в далекую дорогу.
Это Варя шла за Гаврилой.«А всполошный, государь, колокол с Рыбницкой башни мы велели снять и поставить в Зелейную палату».
Примечания
1
Свейский – шведский.
2
Четь – четверть; равнялась двадцати четырем пудам.
3
Окольничий – один из высших чинов в Древней Руси.
4
Довмонтов город – одна из крепостей Пскова, примыкающая к Кремлю.
5
Зепь – карман, нашитый на штаны.
6
Талер (
7
Мунтяне – венгры.
8
Протазан – широкое копье пешего войска.
9
Немец – в старину русские всех чужестранцев из Европы называли немцами.
10
Ослоп – окованная дубина.
11
В Съезжей избе находилась администрация воеводы, во Всегородней – заседало выборное руководство города.
12
Воровать – слово имело другое значение, вор был иноземным захватчиком или политическим преступником.
13
