Она в десятый раз проверила планы рассадки. За ее столом сидели оба Мэтта, чьи знания на общие темы были довольно внушительными, и Дэш с Табитой, которую ей хотелось узнать получше. И Рассел, конечно. Она положила его карточку как бы ненароком рядом со своей.
Незадолго до семи участники начали потихоньку стекаться и занимать свои места. Мэгги усадила Мэттов и Дэша с Табитой. Они взяли ламинированные фотокопии и начали изучать лица.
– Дот Коттон, – уверенно произнесла Табита.
– Екатерина Великая. – Преподобный Мэтт ткнул толстым пальцем в лицо царицы.
– Лорд Байрон, – сказал Дэш, который был сам немного похож на Байрона. – Привет, Хлоя. – Он улыбнулся Хлое, которая принесла на их стол бутылки с вином.
Быть может, Дэш что-то знает о том, как живет Хлоя, подумала Мэгги. Нет, она не шпионила, но чувствовала огромную ответственность за своих протеже.
Мэгги то и дело поглядывала на дверь. Шестого участника их команды пока не было видно. А если он не придет? Они как-нибудь выкрутятся, но, когда минутная стрелка приблизилась к назначенному времени, Мэгги заволновалась. Она видела, как вошла Николь и направилась к столу, где сидели Аманда и Тео. Мэгги посадила их с еще одной парой, недавно приехавшей в деревню, с Брайони и Максом, и с Черри.
– Присмотри за мамой Хлои, – попросила она Черри. – Мне кажется, у нее могут быть проблемы, когда она выпьет пару бокалов.
Все места были заняты. Вино разлито по бокалам. Клайв встал и взял в руки микрофон.
– Дамы и господа! – начал он. – Добро пожаловать на первую викторину в пабе «Три лебедя». Мы надеемся, что она станет проводиться еженедельно, поэтому будем рады и благодарны вашим откликам.
Мэгги со вздохом опустилась на стул рядом с незанятым местом. Он не придет. Она поняла почему. После недели работы на ферме Рассел так устал, что предпочел тихий вечер у телевизора с банкой пива вместо необходимости общаться с людьми и напрягать свой мозг.
И тут дверь открылась, и он появился на пороге. Он прошел через зал к месту рядом с Мэгги довольно непринужденно.
– Извините, что опоздал, – пробормотал он с улыбкой. – Свиной бедлам. Мир, в котором я живу.
Шел третий раунд. Иностранные выражения. Второй раунд был посвящен природе Рашбрука, близкая тема для тех, кто родился и вырос в деревне. Новички поняли, что им надо подтянуть свои знания о диких голубях, трясогузках и ястребах-перепелятниках, а также о чистотеле и клематисе.
– Как по-французски сказать «любовь с первого взгляда»? – выдержав театральную паузу, спросил Клайв.
Мэгги инстинктивно повернулась за помощью к своему соседу и покраснела до корней волос, увидев, что Рассел тоже повернулся к ней. Они посмотрели друг на друга, потом пожали плечами. Ни тот ни другой не знал. Преподобный Мэтт нагнулся вперед и зашептал:
– Coup de foudre. – Улыбаясь, он похлопал своего партнера по плечу. – Мне ли не знать.
– Как это пишется? – спросила Мэгги, склонившись над листом для ответов, все еще с красным лицом.
Мэтт взял у нее ручку и написал.
Что-то с ней происходит, подумала она, будучи не в силах глаз отвести от Рассела. Сильные руки. Густые волосы. Улыбка, отчасти смущенная, отчасти очень уверенная.
Лоррейн в магазине однажды дала себе волю и разоткровенничалась. Обычно Мэгги избегала сплетен и спросила о Расселе как бы невзначай.
– Он был дорожным полицейским где-то на севере. – Лоррейн махнула рукой куда-то, что могло означать Йоркшир, Ланкашир, Камбрию или Нортумберленд. – Очевидно, посвящал работе больше времени, чем жене. Жена от него ушла. Похоже, он все еще переживает. Немного замкнутый. Но милый. А что? – Она посмотрела на нее пристально. – Интересуетесь?
– Любопытствую, – ответила Мэгги. – Собираемся закупать у него мясо.
– Ну, он очень заботится о своих свиньях. С этим никто не поспорит. – Лоррейн улыбнулась. – А знаете, он очень даже ничего, если постарается.
Это правда, подумала Мэгги. Рассел заинтриговал ее. Казался ранимым, но излучал силу. Он состоял из противоречий.
Быть может, развод делает с человеком то же, что и скорбь. Режет тебя на куски и собирает по-иному, так что ты меняешься навсегда. Ты становишься нерешительным, осторожным и в то же время смелым и непокорным. В какой-то степени Мэгги никогда не ощущала себя такой сильной, как сейчас. То, что они затеяли в «Лебеде», было настоящим вызовом. С другой стороны, она понимала, что никогда не будет прежней. Что никогда не будет страстной, беззаботной, любящей Мэгги, какой была с Фрэнком. Ей казалось, что она ездит на машине, не снятой с ручного тормоза, боясь, что если опустит рычаг, то разобьется насмерть.
Быть может, и Рассел чувствовал то же самое? Быть может, и у него есть свой ручной тормоз и он боится причинить себе боль? Мэгги считала, что легче не рисковать.
А если из-за кого-то стоит рискнуть?
– Как на латыни «истина в вине»? – спрашивал Клайв.
