Он с большим уважением относился к женщинам. Считал, что женщины – лучшие дорожные полицейские. Женщины не раз спасали его от беды. Им было интереснее выполнить работу, а не проявить себя.
– Рашбрук ждет расцвет, если они все правильно сделают. Вы в курсе, сколько они выручили за Вистерия-хаус?
– Нет.
Почему здесь всех так интересуют цены на недвижимость?
– Кучу денег. – Лоррейн подняла брови и закивала. – Это все из-за реки. То, что построено на берегу, стоит кучу денег. Новые владельцы получают пять газет по воскресеньям. У кого есть время на чтение пяти газет?
– Не знаю, Лоррейн. – Рассел рассмеялся.
Иногда за ней было не угнаться. Лоррейн обожала разбирать по косточкам жизнь Рашбрука и происходящие в нем перемены. Обычно она первая все узнавала, поскольку, ко всему прочему, была членом приходского совета.
– Придете на открытие? В канун летнего солнцестояния. – Лоррейн глянула на него из-под длинных ресниц, протягивая сдачу. Она была патологически не способна удержаться от флирта, хотя жила в счастливом браке с Доном. – Через две недели, Мэгги говорит.
– Зависит от того, что будут показывать по телевизору.
– Темная лошадка.
– Ага, – произнес он, изображая из себя скрытного северянина, попрощался и вышел.
У себя на кухне Рассел щедро насыпал хлопьев в миску и заварил чай. Во время завтрака зазвонил телефон. Это Джен. Два-три раза в неделю она выходила на связь через «Фейстайм». Дочь беспокоилась за него, но напрасно. Он принял звонок и улыбнулся, увидев ее сидящей на балконе в Аделаиде. Волосы до плеч, темные, как и у него самого, лицо в веснушках.
– Пап, как дела?
Он покачал головой:
– Маленькие негодники опять сбежали. Интервальные тренировки высокой интенсивности.
– Ограду проверял?
– Послушай, они бы сбежали из тюрьмы строгого режима, если бы захотели.
– Какие планы на сегодня?
– Ну… – Он добавил новую порцию хлопьев в миску. – Схожу в «Лебедь». Там новые хозяева. Может, возьмут меня в поставщики, как было раньше.
– Удачи.
– Попробую опередить других.
– Был бы отличный контракт. И рядом с домом.
– Да-да. Когда еще там Алан готовил, мне хватало на хороший кусок хлеба с маслом.
– Я думала, паб переделают под квартиры.
– Похоже, что нет. Говорят, открытие через две недели.
– Отлично. Может, познакомишься там с кем-нибудь.
Он поднял голову от миски и криво улыбнулся. Она считала своей миссией вернуть его в седло.
– Я в порядке.
– Нет. Ты заслуживаешь того, чтобы рядом была милая женщина. Ты не можешь провести остаток жизни в окружении свиней, слушая «Блэк Саббат».
– Да ты рай описываешь.
– Нет, пап. Надо радоваться жизни. Ты превращаешься в старого зануду.
– Спасибо. Я тебя тоже люблю!
– Я так говорю только потому, что знаю, ты не такой. Но тебе необходимо выбраться из этого состояния. Почти пять лет уже прошло.
– Мне некогда было!
– Ты еще не подписался на это приложение?
– И не подумал.
– Пап, сейчас все так делают. Тут нечего бояться.
– Это русская рулетка.
– Надо учиться доверять. Рискни.
– Я только и делаю, что рискую!
– Я говорю не об эмоциональных рисках. Ты замуровал себя на этой ферме. Ты многое теряешь, пап. Должен найтись кто-то, достойный тебя.
У него дрогнуло сердце.
– Ладно. Я попробую. Что мне написать? Несчастный старик-фермер, разводящий свиней, ищет Кристин Скотт Томас или Минни Драйвер?
Джен закатила глаза:
– Ты не старик. Нужны хорошие фото. Но сперва надо подстричься. То, как ты сейчас выглядишь, уже не смешно.
Рассел достал шапочку из кармана комбинезона, натянул ее на голову и запихал под нее свои кудри:
– Так лучше?
Джен вздохнула:
– Ты неисправим.
Он улыбался, продолжая есть хлопья. Она его дразнила, пилила и умасливала, но, без сомнения, любила. Джен была его жизнью, однако находилась слишком далеко. Иногда он мечтал о том, что она вернется на родину и будет жить в перестроенном для нее амбаре, но это мечта эгоиста, которой не суждено сбыться. Да и не следовало. Джен должна жить собственной жизнью. Как только найдется тот, кому можно доверить свиней, Рассел сядет в самолет и полетит к дочери.
А пока надо убрать навоз, починить ограду и продать колбасу. Уйдя в отставку, он выбрал нелегкий вариант. Преследовать угнанную машину на шоссе – это цветочки по сравнению с управлением фермой. Хотел бы он прежней жизни? Ни за что!
Однако Джен была права, поскольку знала его, как никто другой. И хотя он души не чаял в своих свинках, ему необходимо общение. Ни за что на свете он не станет обращаться в агентство знакомств, как бы дочь ни уговаривала его, что все так делают. Рассел мог оценить дорогу впереди и догнать преступника, мчавшегося на предельной скорости, но в сердечных делах был чертовски осторожен. Рисковать, увидев улыбающееся лицо на экране телефона? Никогда!
