Наконец, существуют предположения, что происхождение и эволюция вселенной в широком смысле может зависеть от её сочетаемости с интеллектом. Парадоксально, что в то время как физики не могут обойти обсуждение динамики вселенной, не привлекая к обсуждению человеческое сознание в качестве непосредственного участника, философы-материалисты всё ещё утверждают, что сознание — это просто «механический отросток» машины.
Дуализм, однако, представляется в той же мере устаревшим. Декарта можно простить за то, что он вспоминал о душе, поскольку физика в его время умела только вращать водяное колесо. Но, по мере приближения к концу двадцатого столетия, физика повергла нас в растерянность своими концептуальными богатствами, благодаря которым любое метафизическое утверждение кажется поверхностным.
Но способны ли мы теперь «объяснить» духовные феномены при помощи нашей обогащённой коллекции физических законов? Именно на это надеялся бы просвещённый редукционист. Однако слишком рано было бы думать, что в конце концов, появится такая наука о сознании.
Закономерности пока слишком неясны, а тайны слишком глубоки (с. 240–241).
И всё же поиск возможностей квантово-механической интерпретации функционирования сознания продолжается. Укажем здесь хотя бы на обстоятельный препринт и соответствующую статью Джана и Дюнне «
Применение метафоры связи к психокинезу[66] поднимает вопрос об определении «сознания» для неживых систем… разграничение между живыми и неживыми системами, т. е. между системами, традиционно определяемыми как обладающие или не обладающие сознанием, теперь становится всё более и более — размытым, если к этому подходить с биологических позиций (например, вирусы, ДНК, плазмиды и пр.) или с позиций физических (скажем, искусственный интеллект, самореплицирующие системы)… Таким образом, любая функционирующая система, способная получать и использовать информацию от среды или вносить её в среду, может быть квалифицирована как обладающая сознанием для цели такой [развиваемой авторами] квантово-механической модели (с. 747–748).
Такое расширенное представление о сознании приведёт нас к тому, что придётся говорить о сознании как о феномене, который может ещё и не обладать смыслами. Нам кажется, что в этом случае всё же лучше пользоваться термином квазисознание, как это делают иногда и сами авторы цитируемой работы.
