— Мариночка, открой глазки, я хочу видеть их. Я хочу видеть, как в них разгорается страсть, видеть, как в них полыхает огонь и хочу, чтобы ты видела меня в тот момент, когда переступишь через грань.
Несколько легких поцелуев и вот мы смотрим в глаза друг друга и видим в них ответную страсть, пожирающую нас обоих с такой силой, что ели даже бы сюда сейчас кто-то зашел, то мы бы навряд ли остановились. Нас охватило безумие, и мы поддались ему.
Борис тяжело дышал, мое дыхание тоже участилось, руки беспрестанно гладили его плечи, а глаза не отрываясь, смотрели в его, и я горела и растворялась в этом взгляде. Я видела, как расширяются его зрачки, как начинает дрожать тело, Борис находился на пределе.
Сжав внутренние мышцы, приподняла бедра ему навстречу.
— Марина, не надо, — прохрипел Борис, продолжая удерживать мой взгляд.
— Надо, — тяжело выдохнув, повторила маневр.
— Что же ты со мной делаешь девочка моя.
Переступив черту и все еще продолжая двигаться, Борис не отпускал моего взгляда.
В очередной раз, сжав внутренние мышцы, почувствовала, как накатывает оргазм, несколько движений навстречу Борису и пальцы с силой впиваются в его плечи, а глаза закрываются.
— Мариночка, не отгораживайся от меня. — Глаза пришлось открыть, хотя и не хотелось. Из-за этого оргазм получился смазанным, а тело осталось неудовлетворенным. — Не прячь от меня свои глазки, я хочу видеть как тебе хорошо.
Всего несколько движений пальцами. Борису понадобилось несколько движений по клитору, для того чтобы меня накрыл повторный оргазм, да какой. Тело около минуты билось в руках Бориса, и все это время я смотрела в его глаза, понимая, что теперь я не смогу их забыть.
Что он со мной сделал? В кого я превращаюсь, находясь рядом с ним? В похотливую блудливую кошку, ответила сама себе. Почему меня так сильно тянет к Борису? Почему я не могу противостоять ему? И почему находясь рядом с Борисом, я никак не могу им насытиться? Вот и сейчас, еще толком не успев прийти в себя после оргазма, я вновь, желала Бориса, и он желал меня. Я чувствовала, как наливается его плоть, которая все еще находилась во мне, видела лихорадочный блеск его глаз и каждой клеточкой ощущала безумную всепоглощающую страсть.
Наклонившись, он поцеловал меня, а потом словно обезумев, стиснул в объятьях и стал врываться в меня на бешеной скорости, словно у нас на все про все всего лишь несколько минут было и ему во чтобы то ни стало, необходимо было уложиться в отведенное нам время.
Я сначала было хотела возмутиться и даже скинуть Бориса с себя, но в какой-то момент, поддалась такому же безумству, как и он. Оргазм накрыл нас практически одновременно, а сорвавшиеся при этом из уст крики, могли переполошить весь этаж. Благо никто не пришел нас спасать.
Умиротворенная, расслабленная, я лежала на диване в объятьях Бориса. Думать ни о чем не хотелось. Мне было хорошо. Только сейчас я заметила, что жалюзи на окнах опущены, а значит, за нами в этот раз никто не подглядывал. Может Борис пошел дальше и записал наше с ним сумасшествие на камеру? И вот зачем я спрашивается, себя накручиваю? Настроение стало стремительно падать. Настроение падало, а совесть, спавшая до этого времени, поднималась, расправляла плечики, а после начала грызть, пилить, стыдить и упрекать, похоже, что двойная жизнь не для меня, я не смогу так жить, я ж сама из себя при каждом удобном случае буду соки пить, и спокойного житья себе не дам.
— Мариночка, — Борис провел пальцем по моему плечу. — Оставайся со мной.
— Что? — вынырнула из своих размышлений, не вполне понимая вопроса.
— Переезжай ко мне. — Борис приподнял голову на локте. — Какой смысл встречаться урывками?
— Вот и я думаю, что нам нет смысла больше встречаться, — вывернувшись, соскочила с дивана. Надо по-быстренькому одеться и уходить отсюда. Найти бы еще свою одежду. Оглядевшись, пошла собирать то, что попалось на глаза.
— Марин не глупи, — Борис сел, пристально наблюдая за мной. — Ты же прекрасно понимаешь, что мы друг без друга не сможем.
— Ничего, жили как-то до этого и дальше проживем, — на Бориса я не смотрела. У меня начинался откат, сейчас либо наору на него, либо разрыдаюсь.
— Мариночка, я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Марина услышь меня, — Поднявшись, Борис направился в мою сторону.
— Нет, — взвизгнула, шарахнувшись от него в сторону. Если он до меня дотронется, я не смогу уйти и все повторится. — Прошу, тебя, сядь. — Глядя на Бориса, я поспешно застегивала трясущимися пальцами пуговицы на рубашке.
— Марина, если ты надеешься на то, что я позволю сделать тебе неправильный выбор, то ты глубоко ошибаешься. Поверь, я сделаю все, для того чтобы мы были вместе, потому что мы созданы друг для друга, но я готов немного подождать, и дать тебе время разобраться в себе. Мариночка, ты все равно его бросишь.
— С чего такая уверенность?
— Потому что я лучше его. И разве ты не чувствуешь, как нас тянет друг к другу? Мы с тобой половинки одного целого. Ты сейчас на распутье, я подожду, и если потребуется, помогу выбрать правильную дорогу.
