Потому что я ощущала его руку у себя на животе даже сквозь толстые слои зимней одежды. Потому что от его голоса у меня по позвоночнику побежали мурашки. Потому что Дарквотер вдруг взял такой разгон, что меня захлестнули одновременно и страх, и восторг.
Потому что наши пальцы переплелись, и мне показалось это самым правильным на всем свете.
Не знаю, что было бы, катайся мы чуть дольше. Но Дарквотер как будто остро чувствовал, когда нужно остановиться и, сделав два круга по катку, мы, точнее, Эрик, изящно притормозил у входа в домик.
– Или еще кружок? – спросил парень с хитрым прищуром.
– Ты обещал мне завитушку с корицей, – улыбнулась я.
– Ну хорошо, – не стал настаивать Эрик.
Он довел меня до лавочки, и я тут же кинулась расшнуровывать коньки сама. А то вдруг еще решит предложить помощь, я тогда точно сгорю на месте от переполнявших противоречивых эмоций. Возможно даже сгорю в прямом смысле!
– Вот это скорость, – хмыкнул Эрик.
– Тороплюсь, пока ты меня обратно не выпихнул, – нашлась с ответом я.
– Ты меня каким-то злодеем представляешь! – возмутился парень.
– Самую малость, – улыбнулась я.
Переодевшись, мы вышли в город и направились к ярмарке. Здесь приближение праздника ощущалось особенно сильно. Кругом мерцали огоньки, на глаза бросались милые безделушки, которые так и тянуло прикупить, пахло ягодными чаями, пряностями и свежей выпечкой.
– Туда! – решительно скомандовала я и, схватив Эрика за руку, чтобы не потеряться в толпе, потянула за собой.
Небольшая будочка, в которой на толстых прутьях жарились завитушки из сладкого теста, которые потом посыпали сахаром с корицей, оказалась преступно обделена вниманием публики.
– Как-то у вас малолюдно! – удивилась я, делая заказ.
– Рано еще, – улыбнулась круглолицая женщина, наматывая ленту теста на прут. – Вечером можете зайти – полюбоваться на очередь.
– Мы лучше днем полакомимся сладким! – поспешила я заверить женщину.
Я взяла большую завитушку и ягодный чай, а Дарквотер, принюхавшись, сморщился и заказал себе просто травяной чай.
– Ты не любишь сладкое? – удивилась я.
– Не люблю корицу, – покачал головой Эрик.
– Как так?! – ахнула я.
– Ну как-то так, – пожал плечами парень.
Пока моя завитушечка пеклась, мы с Эриком стояли за столом на высокой ножке и пили обжигающий чай. Я рассматривала ярмарку, которая днем на самом деле больше походила на филиал детского сада – мамочки выгуливали карапузов, смешно одетых в шубки и тулупчики. Вечером тут сменялся возраст публики, напоминая, что ярмарка находится в цетре столице, где на каждом шагу или какая-нибудь контора, или какой-нибудь салон.
Так вот, пока я рассматривала ярмарку, Дарквотер рассматривал… меня.
Сначала я этого, конечно, не поняла. Просто, комментируя прохожих, время от времени кидала взгляд на внимательно слушавшего меня Эрика и ловила его пристальный взгляд.
– Что ты так на меня пристально смотришь? – спросила я, открыто посмотрев на парня.
– Любуюсь, – невозмутимо ответил он.
Я не нашлась, что ответить, а потому просто спряталась в бумажном стаканчике.
– Вкусно? – улыбнулся Эрик.
– Ага, очень, – отозвалась я. – Думаю, может быть, стоит повторить на балу.
– А что тут?
– Брусника, малина, гвоздика, корица… – перечислила я состав содержимого стаканчика, определив по вкусу.
– Ой, ну нет, – поморщился Эрик. – Давай без корицы.
– Без корицы будет не то, – покачала я головой.
– Я тоже немного участвую в организации, – напомнил парень. – Могу же я как-то повлиять на состав меню?
– Девушка, готово! – позвала женщина, и я отошла забрать свою завитушку.
Укутанная в несколько слоев пергамента, завитушка перекочевала ко мне в руки. Я вернулась к Эрику за стол и вдохнула одуряющий аромат выпечки.
– Ты так ей наслаждаешься, а ведь сама можешь сделать не хуже, – заметил парень.
– Знаешь, что в ней самое прекрасное? – спросила я, аккуратно разворачивая пергамент.
– Что? – послушно спросил Эрик.
– Что ее готовила не я! – рассмеялась в ответ и отщипнула кусочек завитушки.
Обжигающе горячая выпечка, густо осыпанная сахаром и корицей, так и манила скорее впиться в нее зубами. Но я подняла глаза на Эрик и, поддавшись порыву, протянула ему отщипанный кусочек.
– Попробуй! – потребовала я.
Зрачки синих глаз парня чуть расширись, и он медленно склонился к моей руке. Пальцы обожгло его горячим дыханием, и мне даже показалось, словно его губы коснулись моей кожи. Но Эрик принялся жевать с таким невозмутимым видом, что я окончательно убедилась – показалось.
– Я встала на коньки, а ты – пробуешь корицу. Все честно, – заявила я, пытаясь объяснить ему, и самой себе в первую очередь, смысл этого странного поступка.
– Я так и понял, – отозвался парень с задумчивым видом.
– Ну как? – спросила я.
– Что-то не распробовал. Какой-то слишком маленький кусочек был, – пожаловался Эрик. – Как будто ты пожадничала.
– Как тебе не стыдно! – возмутилась я и разломила завитушку пополам. – Держи!
Дарквотер посмотрел на половину этой завитушки с таким разочарованием, как будто рассчитывал на всю булочку целиком.
– Спасибо, – кашлянув, произнес Эрик. – Пожалуй, все-таки распробовал.
