Зрелый человек может немного поплакать с другим — в том смысле, что он способен понять ситуацию другого человека и искренне ему посочувствовать. Широта чувств помогает ему и в победе и в поражении. Если его отвергают, он не должен винить себя или кого-то другого — никто в этом не виноват. В некоторых ситуациях он может сказать, что, если бы был на месте другого, тоже дал бы отрицательный ответ.
В другой ситуации он не сочтет отвержение оправданным, но не будет сокрушен им. Он не считает, что если один мужчина или одна женщина сказали ему «нет», весь мир настроен против него. Просто один индивид сказал «нет», и, возможно, существует более подходящее время, лучший способ, а может и более подходящий человек, чтобы получить ответ «да».
Философы с древних времени искали пути к хорошей жизни, и многие из их этических стандартов возрождаются в современной психологической концепции зрелого человека. Греки, например, рассуждали о ценности гармонии и уравновешенности в жизни — «никаких крайностей» гласит старинное предписание, цитируемое Аристотелем.
Зрелый индивид живет в соответствии с этим правилом, хотя, возможно, никогда о нем не слышал или сознательно к себе не применял. Он поддерживает или старается поддерживать гармоничное сочетание множества своих потребностей, стремлений и интересов. На определенный период его может больше увлечь одно или другое, но он умудряется получать удовлетворение от многих своих желаний и потребностей.
Он свободен делать это, свободен быть одно время поглощенным работой, а в другое — игрой, у него есть время и на то, чтобы ухаживать за женщиной и сделать ее своей. Он свободен культивировать разнообразие в своих привязанностях к людям и в главной привязанности к одному человеку. Ни одна привязанность не владеет им и не контролирует его до такой степени, чтобы он не обращал внимания на других людей. Он свободен жить гармоничной жизнью.
Философы, и в особенности Спиноза, подметили также, что человек, достигший хорошей жизни, научился распознавать, что для него хорошо. Это тоже признак зрелости, хотя его не всегда легко увидеть. Мы прекрасно видим противоположное свойство в человеке, который слишком любит поесть или слишком много пьет. Зрелый мужчина может наслаждаться едой и питьем и в то же время оставаться умеренным, потому что ему нравится также собственное стройное сильное тело и четкий и ясный ум. Аналогично и женщина, которая радуется своей молодой стройной фигурой, может считать утомительным, но не угнетающим следить за весом.
Для таких людей характерно также то, что они свой выбор делают незаметно, не привлекая к себе внимания, и мы часто не подозреваем, что они демонстрируют нам свою зрелость, предпочитая то, что хорошо и полезно для них. Мы замечаем также, что они свободны делать здоровый выбор. Они свободны от одержимости едой, выпивкой или всего того, что в крайностях для них вредно. Мы можем называть привычные крайности незрелыми или невротическими. Можно дать оценку с точки зрения морали и сказать, что в крайностях проявляется слабость характера или отсутствие силы воли, как считают многие. Но мы все согласимся, что такие пагубные привычки не характерны для зрелого индивида.
Свобода выбора того, что для него хорошо, — привилегия зрелого индивида и в любви. Литература полна образами, порабощенными любовью, которая явно не хороша для них. Часто трагедия усугубляется тем, что жертва понимает, что привязанность ее уничтожает, но ничего не может сделать, чтобы спастись. В великом романе Томаса Манна «Смерть в Венеции» жертва такой пагубной страсти — мужчина с высокоразвитым интеллектом и чувствительностью. Однако несмотря на зрелость этих аспектов личности, его психологическая жизнь никогда не достигала той же степени роста. В результате он не свободен, попадает в рабство к единственной привязанности, которая и приводит его к гибели.
Классический пример — Филипп из романа Сомерсета Моэма «Бремя страстей человеческих». Филипп прекрасно понимает, что любовь к проститутке Милдред вредна для него во всех отношениях, и однако не может освободиться от нее; отсюда и название, выбранное автором. Интересно, что то же самое название за четыреста лет до этого дал Спиноза разделу своей «Этики», в котором говорится о чувствах и их отношении к достижению зрелости и хорошей жизни. Филипп страдает от уз страсти, или от рабства; он вопреки своей воле вырабатывает привязанность, которая приносит ему вред.
