Было уже сказано, что каждое общество вынуждено было искать способы контроля мощных сексуальных порывов. Наш способ — как можно дольше подавлять секс. Хотя сегодня мы знаем, что наши дети с самого рождения сексуальные существа, что все их ранние физические переживания имеют прямое отношение к сексу и любви, мы все равно стараемся делать вид, что это не так. Мы продолжаем упорствовать, несмотря на распространенное в наши дни понимание необходимости сексуального воспитания детей. Необходимо, чтобы дети открыто и честно знакомились со сведениями о сексе; чтобы была разрушена связь между сексом и чем-то нехорошим, запретным и грязным. Поэтому в школы вводятся программы сексуального просвещения.
Родительские комитеты[5] по всей стране проявляют в этом смысле повышенную активность. Они проводят собрания, собирают фильмы и другой учебный материал, побуждают школьные советы включать в программу сексуальное образование. Все это очень достойные усилия, и они позволяют либерализовать секс, но, к несчастью, сделать могут очень немногое, потому что содержанием обучения во всех случаях становится биология секса. Биология секса — достойная изучения научная тема и может представлять интерес для интеллектуальных обсуждений, но она совсем не помогает понять секс как нечто связанное с чувствами и эмоциями или способствовать здоровой и счастливой сексуальной жизни.
С помощью биологии мы не приблизимся к пониманию секса. Когда немного раньше в этой главе мы попытались ответить на вопрос «что такое секс», мы привлекли несколько значительных слов и понятий, но ничего не говорили о биологии. Многие дети, послушно прошедшие курс сексуального обучения, говорили нам, что чувствуют себя обманутыми. Они кое-что узнали об анатомии и физиологии, но не узнали того, что хотели узнать, того, что играет такую важную роль в жизни подростков. Биология не дает им нужной формулы.
Но какова же в таком случае формула здоровой сексуальной жизни? С одной точки зрения, она очень проста, с другой — чрезвычайно сложна. Ее, например, можно сформулировать совсем просто: для здоровой сексуальной жизни нам нужна только способность искренне ценить секс. Но именно здесь начинаются трудности. Дело в том, что в нашей культуре мало у кого есть способность относиться к сексу без искажающего, портящего, устраняющего искренность влияния других отношений. Мы приносим с собой во взрослую жизнь массу запретов, страхов, представлений о том, что секс грязен, греховен, что он вызывает отвращение и служит проявлением только животного начала. Мало кто способен в значительной степени избежать подобных влияний.
Это цена, которую мы платим за цивилизованность. Цивилизованные люди прикрывают сексуальные органы одеждой, избегают говорить о сексе в присутствии детей и вступают в сексуальные сношения в строгой тайне и в уединении. В нашем обществе в идеале дети ничего не должны знать о сексе, кроме того, что и когда мы решим им сказать. На практике, конечно, ничего из этого не получается. Мы не можем помешать детям видеть, удивляться и задавать вопросы.
Книги о воспитании детей рассказывают родителям, как отвечать на вопросы детей о сексе. Они даже приводят примерные ответы. Но сами родители воспитаны методом умолчания, как и их родители, и разрушить старые преграды очень трудно.
Родители стараются. Они прилагают самые добросовестные усилия. В комнату, в которой мама разговаривала с подругой, вбежала маленькая девочка и спросила:
— Мама, мама, откуда я?
И мама, свободная от старомодных ограничений, забыв о присутствии подруги, принялась подробно объяснять, откуда берутся дети. Девочка какое-то время вежливо слушала, но потом прервала:
— Да нет, мама, соседская девочка Джейн говорит, что она из Бостона, а я откуда?
Иногда в своем стремлении поступить правильно родители отвечают не на те вопросы.
Иногда родители сознают, что упустили время объяснить детям, что такое секс, и начинают тревожиться, что дети ничего об этом не знают. К тому времени как ребенку исполнится шесть-семь лет, родители могут отвести его к детскому врачу и сказать:
— Доктор, объясните ему.
Известный нью-йоркский педиатр рассказал об одном таком разговоре с семилетним мальчиком. Он удобно усадил мальчика и стал объяснять ему так называемые факты жизни. Мальчик покорно слушал, но когда объяснение закончилось, воскликнул:
— Но доктор, когда я вырасту, я хочу быть бизнесменом!
Дети обычно обнаруживают, что их вопросы не замечают, на них или совсем не отвечают, или отвечают излишне тщательно. Родители либо отшатываются от этой темы, либо относятся к ней слишком серьезно. Дети чувствуют, что в этой теме есть что-то нехорошее и им лучше не спрашивать.
