Когда люди достигают зрелости со многими отрицательными привязанностями, они могут не знать, как культивировать положительные. Они могут начать любовные отношения в ожидании чего-то положительного, но со временем сведут их к тому, к чему привыкли, к негативной разновидности любви. И хотя такие отношения их не будут устраивать, они по многим социальным и психологическим причинам их продолжают; однако общество друг друга их не радует; вряд ли в таких условиях у них будут удовлетворительные сексуальные отношения.
Секс может быть неудовлетворительным даже при положительной привязанности, но в таком случае трудности преодолимы. У молодых возлюбленных таким препятствием может стать просто отсутствие опыта. К тому же роль секса в нашей жизни меняется с возрастом, с опытом, с пережитыми событиями. В периоды полного увлечения чем- то другим мы можем совершенно забыть о сексе. Можем отодвинуть секс в сторону на время разлуки с тем, кого мы любим и с кем связаны обязательствами. Во всяком случае на такое способны многие.
Сексуальное выражение привязанности может меняться на протяжении жизни, иногда принося счастье, иногда нет. Но пока привязанность остается прочной и положительной, ее сексуальное выражение всегда может быть обновлено и освежено. Чисто физическая сексуальная привязанность не может заменить многостороннюю любовь, в которой целиком участвуют личности обоих партнеров. Богатое сексуальное выражение любви стоит развивать и испытать до самой глубины, потому что оно значительно усиливает положительную привязанность.
Слово «любовь» необычное, в нем слышатся отзвуки тепла, красоты и даже героизма. Если любовь приносит горе, а не радость, то по крайней мере это горе, окрашенное величием. Любовь почитает любящего и может иногда прославить его. Даже в скромных масштабах любовь всегда связана с положительными оттенками смысла. Это не обязательно должна быть великая страсть к литературе или преданность и самопожертвование родителей, возможно, это всего лишь любовь к клубнике зимой. И все равно это приятное слово, пока мы не добавим притяжательное местоимение — любовь к себе.
И мгновенно окраска слова меняется. В мгновение ока исчезают все приятные ассоциации, связанные с любовью, и в нашем сознании возникают такие понятия, как: эгоизм, тщеславие, кокетство, эгоцентризм, жадность, алчность — список долог, и все пункты в нем неприятны.
В данной главе мы надеемся развеять эти неприятные ассоциации и показать, что идея любви к себе имеет и другую сторону. Возможно, мы нуждаемся в любви к себе; возможно, мы без нее не можем жить. Мы можем даже обнаружить, что это наша самая главная и существенная любовь.
Философы нагромоздили много суждений о таком типе любви, и в скучный уик-энд какой-нибудь любитель логики может развлекаться, доказывая, что никакой иной любви вообще не существует. Он может доказать, что все самые благородные примеры поведения человека в конечном счете оказываются проявлениями любви к себе: патриот, который служит своей стране, благотворитель, который хочет улучшить жизнь народа, благоразумный отец, планирующий будущее своих детей, — можно доказать, что все это — проявления любви к себе. Но прежде всего приходит в голову пример любящего, который наслаждается присутствием возлюбленной.
Свести любовь к таким выводам ~ значит совершить ту же ошибку, что допускает остряк, который, прослушав прекрасный скрипичный концерт, говорит: «Всего лишь царапанье конским волосом по струнам». Или созерцатель прекрасной живописи, который замечает: «Это только собрание химических пигментов». При изучении логики нам постоянно напоминают, что ошибочны объяснения, которые сводятся к упрощению. Шартрский собор и афинский Парфенон тоже можно описать всего лишь как собрание наложенных друг на друга камней.
Тема логики позволяет вспомнить еще одну мысль, распространенную среди тех, кто увлекается диалектикой. В своем очень тщательном анализе такие люди проводят различие между необходимыми и достаточными условиями. Воздух необходим для жизни, но недостаточен для нее. Необходимо, чтобы милосердие начиналось в доме, в семье, но вне всякого сомнения оно там не должно кончаться. То же самое справедливо относительно любви. Она поистине начинается в доме — в любви к самому себе. Это совершенно неизбежно. Если мы не примем и не разовьем эту первичную привязанность, пострадают все последующие виды любви. Если наш эмоциональный рост не приносит счастья и сопровождается помехами, требования собственного «я» порабощают человека, и он не может быть удовлетворен ни собой, ни другими. Таким образом, благоприятное отношение к себе становится обязательным условием хороших отношений с другими. Любая наша любовь основана на любви к себе, и качество всех разновидностей любви зависит от качества этой первой любви.
