Позже, некоторых из таких потеряшек все-таки удавалось отыскать. Закопанными где-нибудь во дворе их собственного дома или просто лениво присыпанными листвой в осеннем лесу. Кого-то вылавливали из рек, кого-то из канализационных стоков. Кто-то находился целиком, а кто-то не совсем полностью.
Мысли о том, какой конец у его истории, Марти, как бы ему ни хотелось, игнорировать не мог. Варианты, один хуже другого, сами приходили в голову, вызволяя на волю еле сдерживаемый страх. Наконец, вернулась и паника. Марти закрыл лицо ладонями и глубоко задышал, выпуская сквозь пальцы теплые струи воздуха. Вскоре через них полились и слезы. Марти сполз по стене на пол и, все еще рыдая в ладони, перевернулся на бок.
– Я труп. Я просто труп. Все кончено, – бормотал он себе под нос и спрашивал у пустоты. – Неужели я тут умру?
Незаметно Марти уснул. В мире грез он увидел самого себя, бегущего откуда-то домой, взволнованного и взлохмаченного. На пороге его встретила Дженни. Она спросила:
– Ты чего такой странный?
– Так я же пропал! – выпалил ей Марти из сна.
– Ахаха, ну ты придумаешь, Марти! Вот же ты! – засмеялась сестра, показывая на него рукой.
Марти облегченно вздохнул и тоже засмеялся. Все казалось таким реальным. Будто сном на самом деле был Честер со своей фальшивой ДеЛореан, и теперь этот кошмар закончился. На душе стало так радостно, так спокойно. Настоящее счастье.
Его разбудил яркий свет, проступающий сквозь тонкую кожу. Марти сначала показалось, что это солнце, и он с надеждой открыл глаза…
Обнаружив себя лежащим на том же самом бетонном полу, в той же самой комнате, только теперь освещенной двумя неприятно потрескивающими лампами. Честера, к счастью, рядом не оказалось.
Марти вскочил на ноги. Голова все еще кружилась, но уже не так сильно, как раньше. Хотелось пить и есть. И в туалет. Он начал осматривать помещение, похожее на подвал, но без каких-либо окон и решеток. На одной из стен имелось вентиляционное отверстие, небольшое, размером в футбольный мяч. Сразу под ним находилась дверь, под цвет стен заполненная изнутри бетоном, так что разглядеть ее сразу было трудно. Ручек и замков на ней тоже не было. Только небольшое отверстие для ключа. Марти без особой надежды попытался ее толкнуть, но она не поддавалась.
Еще одна дверь – совершенно обычная, из дерева. За ней Марти нашел ванную. Вернее, что-то на нее похожее. В углу унитаз, странного кофейного цвета, таких Марти никогда раньше не встречал. На полу сточная решетка, под потолком кран без лейки, на стене две ручки от него с красным и синим указателями. Марти повертел синюю, и из трубы полилась желтая вода. К его облегчению, через секунд тридцать она сменила цвет на более светлый, пока наконец не стала чистой и прозрачной. Унитаз, после нескольких попыток, тоже заработал. Прежде чем воспользоваться им, Марти прикрыл дверь, хоть и осознавал бессмысленность своих действий. Он также попил воды из-под крана. В такой ситуации выбирать не приходилось.
Больше в комнате не было ничего. Обойдя ее по кругу несколько раз, Марти вернулся на прежнее место.
Как ни странно, паника, поглотившая его вчера, не возвращалась, и Марти смог воспользоваться своим холодным разумом. Он пытался обдумать, что ему следует делать, когда явится Честер, возвращения которого он ждал и боялся одновременно. Взгляд был прикован к двери, которая, казалось, вот-вот откроется, обнажив Марти его будущее.
«Что же будет? Что же делать?» – спрашивал он себя. Ногти на его больших пальцах изгрызлись подчистую, прежде чем он наконец принял решение. Между смертью без боя и ею же, но встреченной с кулаками, он выбирал последнее, поэтому, когда дверь резко отворилась, стряхивая с себя бетонную пыль, Марти кинулся всем телом в появившийся зазор.
– Отвали от меня, урод! Пусти! Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста! – кричал он во все горло. Воздух царапал глотку.
Рука уперлась ему в грудь и, продолжив свое движение, затолкала обратно. Еще один толчок швырнул его на пол. Марти упал на спину и приложился затылком о бетонную поверхность. Боль, как звон гонга, раздалась внутри черепной коробки, заставив Марти обхватить ее обеими руками и застонать.
– Успокойся! – словно эхо услышал он. В ушах зазвенело.
Марти открыл глаза и с горечью понял, что дверь снова закрыта. Только теперь он находился в комнате не один. Честер возвышался над ним и казался еще больше, чем обычно. На ногах коричневые ботинки. На теле зеленый комбинезон, который в основном носили садовники. Марти отнял руки от головы и, выставив их перед собой, отчаянно закричал:
– Отвали! Не трожь меня, козел! Отвали!
Честер схватил брыкающегося Марти за шкирку и оттащил его к стене, оставляя на полу протертый от пыли след. После мужчина отошел от мальчика на несколько шагов и повторил:
– Успокойся, я сказал.
На сей раз Марти его послушал.
– Пожалуйста, можно я уйду? Я хочу домой. Я никому не скажу, честно. Просто отпустите, и я просто вернусь домой. Никто не узнает. Клянусь! – упрашивал он не своим, каким-то скрипучим от плача голосом.
