Я в очередной раз удивлялась способностям Джина как преподавателя. Мы ни за что не должны его упустить!
ЧонГук все не возвращался, а я надеялась сделать эту работу вместе. Не то чтобы я не справилась бы сама, просто в четыре руки будет гораздо быстрее. А может причина не в этом? Может мне просто нравится проводить с ним время, слушать его глупые шутки, хотя я буквально вчера попросила, чтобы он перестал это делать.
Не знаю в какой момент, но этот человек стал для меня особенным, словно без него моя жизнь серая, а он добавляет в неё уйму разных красок, превращая в самую прекрасную картину. Рядом с ним мне хочется капризничать, чтобы его внимание было только на мне.
Я все думала над его вчерашним вопросом. Частично я рада, что ЧонГук не выпытывал из меня ответа, но одновременно боюсь, что он все понял не так. Но лично для себя, я должна окончательно решить все на счет Тэхена.
Хоть прошло уже несколько месяцев, я все еще чувствую тепло при одном взгляде на парня, но от этого тепла только больней, ведь стоит мне вспомнить его выражение лица тогда в океанариуме, то в очередной раз убеждаю себя, что былого не вернуть. Как бы я не старалась, отныне сердце Тэхена для меня закрыто, и в эту дверь, сколько бы я не стучалась, мне не войти. Может тогда стоит её просто забыть? Забыть все те счастливые моменты, что я пережила с ним, все то, что я пережила в первый раз именно с ним. Забыть и отпустить…
Время открыть для себя ту новую дверь, готовую принять меня любой со всеми моими изъянами. Но готова ли я для этого, ведь и мои двери наглухо заперты.
Я замечаю, как ЧонГук день изо дня стучится в них, может не слишком громко и бесцеремонно, но он старается, чтобы их не сломать, а спокойно и терпеливо ждет, пока ручка повернется сама для него.
— Староста, — парень совсем тихо зашел в пустой класс, что я его даже не заметила, а, услышав, испугалась, — Все хорошо?
— Ты о чем? — я смущенно отводила глаза от заместителя.
— Просто я стою тут уже пару минут, а ты меня не замечаешь, — озадаченно сказал он, — Да и щеки у тебя совсем красные. Ты не заболела?
ЧонГук наклонился и положил свою ладонь мне на лоб, при этом заглядывая прямо в глаза. Я понимала, что это он просто проверяет нет ли у меня температуры, но не могла отвести от него взгляда. Смотрела как привороженная, изучая каждую черту его светлого лица, начиная от темных бровей парня, заканчивая мягкими губами цвета малины и там же останавливаясь. Он никогда раньше мне не казался таким красивым, словно самый манящий закат, очаровывающий каждого прохожего.
Я чувствовала, как мое лицо все сильнее заливалось краской, поэтому, отвернувшись, убрав при этом его руку с него, негромко прошептала:
— Все хорошо.
Возможно это прозвучало сухо на его искреннюю заботу, но я не могла по-другому, ведь в мою голову прокрадывались странные мысли по поводу этого парня. Мне казалось, что чем больше я смотрю на этого него, тем сильнее проникаюсь к нему теплыми чувствами, которыми он растапливает ту самую ледяную дверь, напрочь перекрывающая путь к моему сердцу.
Он молча взял листы бумаги со стола, на которых я начиркала статистику, необходимую для осуществления плана.
— Ты все это сделала сама? — ЧонГук просматривал страницу за страницей и после каждой его глаза будто становились все круглее и круглее от удивления.
Я молча кивнула, и он, заострив свое внимание на одной из них, негромко сказал:
— Прости.
Я не понимала по какой причине парень извиняется, поэтому, наклонив голову, спросила:
— За что?
Я вовсе не хотела, чтобы он чувствовал вину, за проделанную мною работу в одиночку, ведь сам план был придуман им, а я лишь слетелась на готовое.
— За то, что избегал тебя, — ЧонГук поставил обратно листы на стол, предварительно сложив их в ровную стопку, и опустил свой грустный взгляд, раскаянно смотря в пол, — Я понимаю, что любовь так быстро не уходит, но, — парень зарыл ладонь в своих густых волос, взволнованно взъерошивая их, — Стоит мне вспомнить, как ты смотришь на этого Тэхена, как я хочу взять тебя за лицо и заставить смотреть лишь на меня. Спрашивать тебя о чувствах к нему вчера было глупо. Прости…
То, что он так переживает по этому поводу, заставило мое сердце трепетать и биться об стенки ребер слишком сильно.
Его извинения звучали так эмоционально, без капли издевки или сарказма, заставляя проникаться к нему нежным доверием.
— ЧонГук, — парень обратил свой взор на меня, как только услышал свое имя из моих уст, — Я хочу, чтобы ты знал ответ. Ты прав, что я смотрю на Тэхена, а иногда задерживаю свой взгляд непозволительно долго, но теперь мне кажется, что сейчас я уже не чувствую прежнего трепета. Мне нужно время, чтобы избавиться от этого.
Каждое слово давалось мне тяжело. Я очень боюсь ранить чувства этого парня. Сжимая больно свое предплечье другой рукой, я старалась не заплакать.
Хоть мне и было стыдно смотреть на парня, я все равно подняла взгляд.
