– Поскольку пространство в кабине управления небольшое, там установлен обогреватель малого формата. Объем бака там всего два литра, поэтому, я слышала, каждое утро во время инспекции обязательно проверяется, сколько керосина в нем осталось. Ведь специально ходить туда-сюда только для того, чтобы заправить обогреватель, слишком тяжело. Но что же тогда получается? Если предположить, что преступление совершил Паоло, значит, и залил в бак просроченный керосин тоже он. В день убийства бак четвертого крана был заполнен наполовину. Так как тем утром в кабину приходили с проверкой, он бы не успел заменить содержимое бака. А если предположить, что он произвел замену накануне, то была вероятность, что на следующий день бак бы заполнили до конца. В таком случае количество угарного газа не было бы таким большим. Если бы преступником был Паоло, он бы наверняка залил полный бак. Поэтому получается, что залил в бак просроченный керосин не Паоло.
Все присутствующие медленно изменились в лице.
– Так почему же бак с просроченным керосином был заполнен только наполовину? А потому, что человек, который его туда залил, прекрасно знал, что такого количества будет достаточно, чтобы вызвать отравление угарным газом у Сумиды-сана. Это был промах преступника… И вы же уже понимаете, да? Человек, который смог залить просроченный керосин утром в день убийства; который с помощью монитора убедился в том, что Сумида-сан потерял сознание, а потом, используя камеру третьего крана, показал всем присутствующим в диспетчерской его мертвое тело; который, после того как переключил фокус камеры, заставил Паоло спуститься на землю, чтобы рядом не было никаких возможных свидетелей, и вместо него отправился на кран номер четыре; который, видя, что Сумида-сан подошел к камере слишком близко и в кадре не отображается ничего, кроме верхней части его рабочей одежды, – этот человек был уверен, что он уже без сознания, так что, используя принесенный с собой нож, нанес колотое ранение в бок из слепой зоны камеры. Возможно, в момент удара тело немного затряслось, но, поскольку он тут же приподнял его, никто ничего не заметил.
– Кто-нибудь, быстро поезжайте на место преступления! – громко приказал Химэда, и его голос эхом разнесся по коридору. – Быстро привезите сюда Токи Рюхэя!
Несколько следователей, как подстреленные, побежали вперед.
«Ну вот все и закончилось. Может, теперь Мадока поухаживает за мной?..» – подумал Кацураги, но увидел Саэгусу, который остался на месте и теперь провожал взглядом удаляющихся коллег.
– А вы не поедете с ними? – спросил Кацураги.
Саэгуса, сохраняя суровость на лице, подошел к ним.
– Я вам очень благодарен.
И, низко поклонившись, он побежал вслед за остальными.
– Какой у него был мотив убить Сумиду-сана?
Мадока и Кацураги смотрели с моста на башню в тот момент, когда ночной пейзаж особенно сиял.
На левом ухе у Кацураги была конструкция из бинта и лейкопластыря. Мадока соорудила ее на скорую руку, но он заверил ее, что какое-то время походит так. Его обуревали сложные чувства – смесь радости и беспокойства.
– Ах, об этом его спросили детективы из участка Хондзё. Этот Сумида был жутким пьяницей. И дома постоянно бил свою жену. Наверное, поначалу это было чувство сострадания. Как начальник Сумиды, Токи частенько бывал у них дома и в итоге сблизился с его женой. Сумида не знал, что у нее кто-то есть, но догадывался, что она думает о другом мужчине, и это приводило к еще большему насилию… Токи решил убить Сумиду, чтобы защитить эту женщину.
– Какая грустная история…
– Убийства всегда такие. Когда один человек убивает другого, это всегда до невыносимой степени печально и жалко.
Тем не менее раскрывать преступления и искать преступников – такова была работа Кацураги и его коллег. Раскрывая каждое отдельное преступление, он каждый раз взваливал себе на плечи новую печаль. С этой точки зрения эти плечи стали еще более дороги Мадоке.
Она молча обняла Кацураги сзади. Почувствовав тепло ее щек, он медленно повернулся и обхватил ее обеими руками.
Кацураги подумал, что это место – самое теплое в мире.
Какое-то время они так и стояли, и вдруг Кацураги сказал:
– И все-таки это было слишком неожиданно.
– Что именно?
– То, как спокойно ты себя повела с Саэгусой. Для тебя ведь он враг твоих родителей. С тех пор как я узнал, что он ведет это дело, я все старался сделать так, чтобы вы не пересеклись… Напрасно переживал, похоже.
– Я хотела об этом поговорить.
– Я слушаю.
– Я уже говорила тебе, что он выглядит совсем не так, как выглядел в ту ночь, когда произошла авария… И сегодня я снова подумала: и правда, совсем не так. И голос совсем не тот.
– Ты хочешь сказать, что не Саэгуса выбежал тогда из машины?
Мадока неуверенно кивнула, на что Кацураги кивнул, наоборот, с пониманием.
– Возможно, этому есть объяснение.
– Какое же?
