На траве и в сердце иней:Близится зима.Не видать ни дали синей,Ни ее письма.Не повеет ветер с юга,Зазвенев в листве,—Жди, когда завоет вьюга,А не жди вестей.Жди, когда покроет небоСеверная ночь!Жди, борись за корку хлеба.Жди! Иль ждать невмочь?!Жди! А если ждать нет силы —Погружайся в сон:Будет сердце с сердцем милойБиться в унисон,Будет радость встречи с милой,Словно боль, сильна…Потрясенный счастья силой,Я очнусь от сна,Задохнусь, сожмусь от муки,С губ стирая кровь,Боль любви и боль разлукиВ сердце скрою вновь…И никто, никто не сможетБоль души унять!Дай мне силы, Боже, Боже!Беспробудно спать…22 сентября 1941 года<p>«Соловецкие острова»</p>
Журнал, издававшийся управлением Соловецких лагерей особого назначения ОГПУ в 1923–1930 годах. Его авторами были только заключенные. К сожалению, никаких сведений об авторах публикуемых стихотворений обнаружить не удалось.
<p>А. Панкратов</p><p>«Хочу одно: увидеть луг…»</p>Хочу одно: увидеть лугС простыми пестрыми цветами,И рожь с родными васильками,И неба светло-синий круг.Хочу войти, без дум, без слов,В зеленые благоуханья,Внимая птиц перекликаньям,Стозвучьям шорохов и снов.Хочу одно: печаль забыв,Идти в полях с улыбкой ясной,Встречая жизни самовластнойВсеисцеляющий призыв.О, трепет ласковых берез,И ветер неуемный воли!…Ах, в область снеговых раздолийЯ жизнь нечаянно занес.Такая, видно, полоса.Но тяжелей мне год от года:Реки бесплодная коса,Задернутые небеса,Вся эта мертвая природа.1930 год<p>Владимир Кемецкий</p><p>Перед навигацией</p><p><emphasis>Сонет</emphasis></p>В иных краях безумствует земля,И руки девушек полны цветами,И солнце льется щедрыми струямиНа зеленеющие тополя…Еще бесплодный снег мертвит поля,Расстаться море не спешит со льдами,И ветер ходит резкими шагамиВдоль ржавых стен угрюмого кремля.Непродолжительною, но бессоннойБледно-зеленой ночью сколько разГотов был слух, молчаньем истомленный,Гудок желанный услыхать, для насО воле приносящий весть, быть может…Но все молчит. Лишь чайка мглу тревожит.1930 год<p>Прекрасной незнакомке, любезно снабдившей меня пачкой махорки</p><p><emphasis>Сонет-мадригал</emphasis></p>Заброшен я в тринадцатую роту,Где стены прошлым отягощены,Где звук псалмов сменила брань шпаны,Махорка — ладан, сумрак — позолоту.Как древле жрец, которому видныВ мечтаньях небожителей высоты,Пел гимн и смолы сожигал без счетуВо мгле святилищ, полных тишины, —Так я, вам благодарный заключенный,Под сводами собора заточенный,Во храме обветшалом и глухом,Спешу гиперборейской АфродитыВосславить лик, увы, от взора скрытый —Махорки воскуреньем и стихом.1930 год<p>Макс Кюнерт</p><p>Любимые</p>
