Я добрела до книжного, но и там никого не было. Ни одной книги не купила. Очень уныло моросил дождь. Я посидела в кафе, съела медовую булочку и почитала, отрываясь иногда, чтобы посмотреть на дождь. Погода, как говорится, в самый раз для утки, но и кряквы на пруду выглядели так же уныло. Хотя селезни уже переодеваются в весеннее оперение. Может, это весенний дождь. В Мертвых топях они бы и такому обрадовались, подумалось мне. Я купила пару булочек для себя и Дейдры – не стоит тратить деньги на Шарон, хоть она теперь со мной и разговаривает.
Магазин старой книги был открыт, я и там порылась. Не нашла ничего соблазнительного, кроме разворачивающейся (по-моему, полотняной) карты Европы с большой Германией и без Чехословакии. Наверное, военных времен или незадолго до войны. Кто-то расчертил ее розовым фломастером, но в остальном в очень хорошем состоянии. Страны раскрашены пастельными цветами, а не такими жесткими, как теперь. Я не удержалась, тем более что стоила она всего пять пенсов. Не знаю, что я буду с ней делать. Но карты потрясные.
Я неспешно вернулась в город, заглянула в «Смитс» – обычно это только время терять, но сегодня наградой мне стал «Журнал научной фантастики Айзека Азимова»! Интересно, как он туда попал. Очень надеюсь, что они будут получать его постоянно. Я купила журнал и еще пакетик «Ролло», которым с удовольствием поделилась бы с Фродо и Сэмом, если бы можно было. Еще я купила открытки для дедушки: одну с морем и песчаным замком, она мне напомнила летние каникулы, и я хочу ему тоже напомнить.
Джилл я встретила на автобусной остановке.
– Сегодня без ухажера? – спросила она.
Я посмотрела ей прямо в глаза.
– Тебя это не касается, но Хью мне просто друг, а не ухажер. Он тоже ходит в книжный клуб.
– О, извини, – ответила она.
Я изумилась, что она мне поверила. Хорошо, что она не видела меня с Вимом, а то бы я не могла этого сказать так убежденно, хотя была бы так же честна.
Секрет популярности в школе: попасть в больницу и выйти из нее. Или чтобы кто-нибудь назвал тебя храброй – я знаю, что Дейдра про это говорила. Может, они в самом деле раньше не верили, что у меня с ногой плохо? Или, может, они меня жалеют? Надеюсь, что нет. Терпеть этого не могу. Так или иначе, сегодня семь булочек, считая мою медовую. Две с глазурью, две Челси, одна ромовая баба и эклер. Все мне не съесть, так что одну булочку Челси я отдала Дейдре. Я ничего для этого не делала, не только не колдовала – вообще ничего. Очень странно. Я спросила мисс Кэрролл, и она сказала, что, может, это просто оттого, что я лежала в больнице и вернулась, не поднимая шума, и меня поминали на молитве, а теперь я здесь, вот обо мне и вспомнили, когда покупали булочки. Может быть. По мне, это очень удивительно.
Я написала бодрое письмо Сэму, рассказала, как чудесно он придумал с иглоукалыванием. За его книги я еще даже не бралась, поэтому о них не писала. Еще написала Даниэлю, в основном о том, как смотрели «Бурю», и тетушке Тэг про иглоукалывание и спектакль. Я послала ей открытку для дедушки.
Добралась до битвы на Пеленнорских полях. Это величайшее из всего, что когда-нибудь было написано.
Это запись из дневника Людовика XVI, которую он сделал в день взятия Бастилии.
Помогала мисс Кэрролл штемпелевать и расставлять новые книги. На вид все ужасные – из тех, где пишут о подростковых проблемах: наркотики, жестокие родители, сверстники принуждают к сексу, или приходится жить в Ирландии. Ненавижу такие книги. Прежде всего, они безнадежно унылые, хотя и знаешь, что в конце все преодолеют трудности, Повзрослеют и Поймут, как устроен Мир. Так и видишь заглавные буквы. Я тоннами читала детские книги викторианских времен, потому что они валялись по всему дому: «Элси Динсмор», и «Маленькие женщины», и «Эрик, или Мало-помалу», и «Что делала Кэйти». Они разных авторов, но все с одинаковой моралью. И в этих книгах о подростковых проблемах мораль тоже одинаковая, хоть и не так прозрачно выражена, как в викторианских. Если уж придется читать книгу о преодолении несчастий, я в любой день променяю Джуди Блум на «Поллианну», хотя для меня непостижимо, зачем кому-то их читать, когда в мире столько НФ. Даже если говорить о книгах, написанных для детей, о взрослении и этике поступков больше узнаёшь из «Заложников космоса» или «Гражданина галактики».
На самоподготовке писала отзыв на «Бурю» за себя и за Дейдру, она перепишет. Чтобы они вышли разными, ей писала больше о Миранде, а у себя больше о Просперо. Она взамен сделала за меня математику. Просто не справляюсь с этими системами уравнений, тем более что пропустила объяснение.
Дочитала ВК, как всегда больно делается, когда доходишь до конца и больше читать нечего.
Сегодня книжный клуб, а я не знаю темы.
