Тема была по Типтри! Как я рада, что заранее узнала, что она женщина, иначе ужасно поразилась бы, когда все стали говорить «она». Я не все читала Типтри, всего два сборника, и вижу, что это надо исправить. Хотя это не помешало обсуждению, потому что мы целую вечность толковали про «Девочку, которую подключили» – такой блестящий рассказ, и про «Любовь – это план, а план – это смерть», а эти оба я довольно хорошо знаю. Вела Гарриет, и это было приятно, только я вспомнила, что она же вела и по Ле Гуин, и задумалась, нет ли здесь чего? В смысле, почему обе встречи по женщинам-писательницам вела она, а мужчины ни разу?
Кейт не очень-то любит Типтри, считает ее антимужской, хоть и думал, что она мужчина. Он относит «Хьюстон, Хьюстон» к хоррору. Я так не думаю, хотя и понимаю, что мужчины могут чувствовать в нем угрозу.
Был день рождения Пита, поэтому потом мы все ненадолго пошли в паб. Брайан задал забавный вопрос, сказал, что подслушал на работе. «С кем бы ты предпочел встретиться, с эльфом или плутонианцем?» Мне пришлось поразмыслить, потому что на самом деле это вопрос о прошлом и будущем, или о фэнтези и научной фантастике. С эльфами я много встречалась, хотя они не совсем эльфы. Не такие, как у Толкина. Я выбрала плутонианца, и все остальные, подумавши, тоже, кроме Вима, который сказал – с эльфом, и не отступался.
На следующей неделе Вим ведет по Желязны. Я вернула ему две книги, которые он мне одалживал, а он мне принес «Двери в песке» и «Дорожные знаки».
Он спросил, не смогу ли я с ним встретиться в субботу. Я сказала, что могу, и сказала, что, может, ему случится познакомиться с эльфом. Он смотрел, будто хотел поверить, но я не совсем уверена.
– Где? – спросил он.
– Поищем в Браконьерской роще, так что, может, встретимся в маленьком кафе напротив? – сказала я.
– Это лес Гарриет, – уточнил он. – Эй, Гарриет, ничего, если мы с Мори в субботу погуляем в твоем лесу?
Гарриет оторвалась от разговора с Гуссейном и Джанин о мизогинии Типтри и подняла бровь.
– Конечно, гуляйте, Вильям, хотя, боюсь, в это время года там грязновато. Думаю, для фиалок еще рано.
Я не знала, что Вима зовут Вильям, хотя это понятно. Интересно, почему не Уилл и не Билли?
Между тем Джанин смотрела на меня как Джилл, когда увидела с Хью. Хотелось бы знать, зачем Вим так, при всех? Ведь мы могли встретиться тихонько, чтобы никто не узнал. И если мы встречаемся, чтобы он увидел фейри или волшебство, а он как раз об этом думает, то зачем остальным знать? Они не поверят, даже если он им расскажет. Люди просто принимают тебя за сумасшедшую или лгунью. И обо мне он может так подумать, если не увидит. Если они там вообще есть. А я, что бы он ни говорил, не собираюсь колдовать просто так. И все равно магию легко опровергнуть, если есть такое желание, а у него вполне может быть. Или он хотел, чтобы они знали, что я с ним куда-то пойду? Зачем? Если они его не одобряют, то и меня не одобрят? Джанин явно уже не одобрила.
Как все сложно. Мне хочется много друзей, а не всего одного.
На обратном пути в машине Грег предупредил меня насчет Вима. Он говорил не так конкретно, как Джанин и Хью. Просто сказал, что прежняя девушка Вима винит его в своих неприятностях и чтобы я подумала, куда иду.
– Это не то, – объяснила я. – У него уже есть девушка. Он мной не интересуется. В смысле, у меня хромая нога, и выгляжу я смешно, и растолстела, потому что сижу без упражнений и все время ем, а Вим… ну, Виму стоит только поманить.
– У тебя чудесная улыбка, – сказал Грег, как все говорят. Это вроде автоматического, запрограммированного ответа, когда я говорю, что не симпатичная, а я это отлично понимаю.
– И все равно он намного старше.
– Полтора года – не шестьдесят, – возразил Грег. – А я не слепой. Я бы сказал, что он тобой интересуется, а ты – им. Видел, как вы смотрите друг на друга.
Не могла же я рассказать, что Вим так на меня смотрел, потому что думал, будто я могу читать мысли, как в «Умирающем изнутри» (с чего он взял?), и что в лес со мной он идет, чтобы увидеть фейри.
– Буду осторожна, – сказала я.
Какой ужас для Вима, что все его знакомые знают и каждую новую знакомую вот так о нем предупреждают. Вот о чем говорил Хью. Хью вчера не было, я не знаю, где он. Целую вечность его не видела.
Здорово было выйти после завтрака из школы к автобусу. Нога не особенно болела, и от этого я ощущала себя еще лучше, я опять в выигрыше. Два автобуса, поезд, и я в Шрусбери, проще простого. Поезд местный и дребезжал, как автобус. Почти все пассажиры ехали из Северного Уэльса, и выговор у них северный, и все после каждого вопроса добавляют «да/нет», точно как их передразнивают в Южном Уэльсе. «Принести по чашечке чая из буфета, да/нет?» «Это мы к Шрусбери подъезжаем, да/нет?» Вычеркните лишнее. Я не смеялась, но близко к тому. Трудно удержаться, когда кто-то говорит точь-в-точь как в анекдоте.
