Майон — закрытый город, покидать который строго запрещено. Наказание за это — пять плетей от самого главнокомандующего. Но разве может это остановить смелую Киару? Тем более, когда на кону жизнь ее лучшего друга.
Меня зовут Киара Штепа, мне девятнадцать. Я была совершенно обычной молодой девушкой. Хотя, смотря по каким меркам, конечно. Если брать во внимание то, что жила я в странном закрытом городе посреди глухой Тайги. Местоположение которого даже на картах не значилось. А ближайший населенный пункт находился в ста шестидесяти километрах от нас. Небольшой поселок Николаевка, всего в двадцать шесть улиц. Но никто из нас никогда там не бывал. С этого момента, пожалуй, стоит рассказать немного поподробней, да?
Так вот, город, в котором я родилась и жила, был строго засекреченным военным объектом. Майон не просто необычный город, а необычный в квадрате. Это большая военная база, где производилось биологическое и химическое оружие. Но это еще не все. Самое интересное заключалось в том, что заправляли здесь всем оборотни. Да-да, самые настоящие, из плоти и крови. Волки и ящеры. Нелюди, существование которых являлось вымыслом, сошедшим с экранов телевизоров. Лишь избранные, если можно так выразиться, знали чуточку больше о том, о чем не следовало. Миром правили не только люди. Просто нелюди скрывали свое существование по какой-то причине, известной им одним.
Волки были военными, а ящеры — учеными. Люди, то есть такие как я и полукровки, от беспорядочных связей с оборотнями являлись рабочей силой. И вот этой рабочей силе было строго настрого запрещено покидать территорию Майона. Если родился здесь, то тут ты и помрешь. Так и не увидев мир. Разве что с экранов телевизоров. Кстати, о связи с внешним миром. Это тоже строго контролировалось. Поэтому у простого народа не было доступа к мобильной связи и интернету. Единственно доступным развлечением было телевидение и радио.
Территория города на поверхности была не слишком большой. Часов за пять можно каждый уголок обойти. Ленивой такой походкой. Строения исключительно одноэтажные, максимально скрываемые густым лесом. Большинство домов оплетал густорастущий дикий виноград и плющ. В холодное время года с высоты полета, конечно, город видно. Но над Майоном летали исключительно наши военные вертолеты и грузовые самолеты.
Город обнесен колючей проволокой с напряжением. Патруль, часовые, видеонаблюдение — все как должно быть на таких объектах. На многие километры вокруг то там, то тут выставлены посты. Обычным людям ни войти, ни выйти. Ни с воздуха, ни с земли, ни из-под земли. Да что там людям, не всякая мышка незамеченной пробежит. К тому же оборотни постоянно шныряли по окрестным лесам в своем зверином обличье. Любому, случайно забредшему не светило выбраться живым, встреть они волка и уж тем более ящера.
Большая часть Майона уходила под землю. Напоминая громадный улей в тринадцать этажей вниз и несколько километров в диаметре. Здесь-то и располагались лаборатории и еще бог весть что. Народ знал только то, что должен знать, в остальные дела нос не совал. Строго соблюдая правила, обходя стороной этажи и помещения с табличкой "проход воспрещается". Туда доступ имели лишь ученые с военными. Да и то при наличии особого пропуска.
Как известно, человек — существо любопытное. Я бы сказала, слишком. Его жажда познать что-то новое неутолима. И, естественно, без отчаянных смельчаков не обходилось. Некоторые умудрялись пробраться за периметр. Да только далеко никому уходить не удавалось. Всех отлавливали и возвращали обратно. Во всяком случае, нам так говорили.
Провинившихся не убивали, так как рабочая сила имела важность. Новеньких сюда практически никогда не привозили. Но бедолаг наказывали пятью плетьми от самого главнокомандующего. А он славился тем, что рассекал плоть практически до кости. Случаи со смертельным исходом от таких ранений исключались, так как медицина здесь была развита куда больше, чем во внешнем мире. Зато процесс заживления был крайне болезненным. И все же лучше перетерпеть боль, чем умереть. Или не страдать безрассудством и не сбегать вовсе. Хотя должна признать, что соблазн слишком велик. Оно и немудрено, когда всю жизнь живешь в изоляции и строгих ограничениях.
Я до сих пор мечтала хотя бы один разок иметь возможность побывать где-нибудь кроме Майона. Однако моим мечтам не было суждено сбыться. Я, как и мои родители, всю свою жизнь проживу здесь. Работая на благо страны. Так нам говорили. Но какие уж тут блага, если мы производили то, что способно уничтожать все живое.
Дома на поверхности и пять этажей улея являлись жилыми. Все остальное — лаборатории и так далее. Здесь царили свои порядки и атмосфера. Чаще всего угнетающая, потому как у людей практически не было выходных. Да и проводить большую часть жизни под землей — то еще веселье. К тому же перспективы не слишком радужные. Во всяком случае, не у всех. За каждой семьей закреплялась должность. Если ты, допустим, родился в семье уборщицы и пекаря, то выбор у тебя не велик. По достижении совершеннолетия будешь либо булки печь, либо полы натирать.
