– У нас там ничего не пролилось?.. – я постарался задать этот вопрос как можно деликатнее. Дело в том, что по салону разнёсся запах духов такой концентрации, будто был через край вылит целый бидон.
– Ничего не пролилось, – ответила недовольным тоном пассажирка из Реутова, спешащая к мужчине в отель Хаят. – Я просто побрызгалась немного. Этот запах селективный и оставляет длинный шлейф. Открыть окно?
Честно говоря, я бы распахнул все окна и двери Афродиты, но минут за пять до этого девушка попросила сделать «потеплее» три раза подряд, каждый раз «ещё теплее» и в салоне уже было жарко даже мне, сидящему в майке.
За пять минут до начала озвучивания просьб «потеплее» мы долго выясняли, почему у неё не получится подключиться к магнитофону Афродиты по блютус (на самом деле не получится: пока мой айфон соединён с ней кабелем, спаривание по воздуху с другим телефоном не может быть осуществлено, но кто же вникает в такие подробности?). Она всё-таки попробовала и у неё не получилось.
– А есть что-нибудь другое? Я не знаю, что. Но вот не это… Что-то побыстрее, но не танцевальное? Вот это оставьте, пожалуйста. Хотя, нет, слишком заунывное. Это по-турецки поют? По-испански?! Разве?.. Ну хорошо. А ещё есть какая-нибудь музыка? Мой знакомый из Питера всегда в этом Хаяте останавливается. А я вот до туда никак не доберусь. Вы были в Питере? – и, не дожидаясь ответа, – Кстати, у вас айкос курят? Я бы покурила.
– На таком спектакле была недавно, с Максом в главной роли. Или это другой… Забыла уже. Макс, Максим… Как его…
Пассажирка в демоническом пальто пыталась вспомнить фамилию Макса.
– Виторган?..
– Ну да. Виторган. Муж этой… Ксенички…
– Собчак?
– Ага. Собчак. Там две подруги пригласили стриптизёра. Одна училка, а вторая типа психотерапевта. Ржала в голос! Видели? Улёт! В Театре Наций.
– У Жени?
– Какого Жени?.. – удивилась пассажирка.
– У Миронова.
– А. Ну да. У Жени. Точно. Вы вообще часто в театры ходите?
– Как вы так умудряетесь ехать и никого не задевать?
Я рулил по двору новомодного жилого комплекса на Мичуринском, лавируя между припаркованными машинами. По шкале Садыкова этому двору я бы присвоил индекс «адъ 2» или «адъ 2+», то есть, умеренный. Это вам не Одинцово или Долгопрудный, где некоторые дворы с лёгкостью получают «адъ 6+» или даже «адъ 7».
– Я вот вечно притираюсь ко всем, – продолжала белокурая пассажирка, – хоть у меня и маленькая машинка.
Затем она убедительно добавила:
– Но она у меня премиум сегмента!
Мы подъезжали к нужному подъезду, рядом с которым стоял Рейндж Ровер с вмятиной во весь его правый бок.
– Ваших рук дело? – спросил я весёлым тоном.
– Не помню. Может, и моих. Тут столько их было… И все истерики устраивают. Машины застрахованы ведь наверняка. Чего орать? Странные люди. Они же должны быть застрахованы по идее?..
В голосе уже прозвучала неуверенность.
– Наверное, да, – я старался продолжать миролюбивым тоном, – а кто не страховался, тот сам виноват. Я так считаю.
Девушка приободрилась.
– А главное, вы посмотрите, как они паркуются! Неужели нельзя было не вставать тут? Вот как его объехать?!
В этот момент мы как раз объезжали машину, причём разминувшись со встречной.
– Да вроде нормально он стоит, нет? – я встал на защиту Мерседеса. – Вдоль бордюра и в правильном месте…
– Ничего не нормально. Я когда выезжаю вот оттуда, всегда в него упираюсь. Я, кстати, заметила, мне направо труднее поворачивать, чем налево. А тут как раз направо, понимаете? Я бы не ставила тут машину, тут многие девушки ездят.
– Месяц на спорт попасть не могу. То одно, то другое.
Девушка в фиолетовом спортивном костюме Армани спешит в фитнес зал.
– Вчера хотела сходить. Думала: поем и сразу рвану. Ела, а потом просыпалась. Весь день проспала. Только ела и спала. Сегодня кровь из носу надо заниматься.
Мы подъехали к парковке, на которой было подозрительно пусто.
– А ваш фитнес сегодня работает? Выглядит подозрительно, ни одной машины.
– Типун вам на язык! Неужели выходной? Не уезжайте, пожалуйста, я проверю. Если закрыты, поедем обратно. Хотя, чего проверять, закрыты они. Поехали обратно. Или нет… Давайте в пиццерию заедем по дороге.
– Волки́, говорю им, вы чего своего бывшего вяжете, суки?! Мента вяжете! Я Чечню прошёл, говорю, пока вы тут, суки, пьяных по карманам!..
Я вёз разгорячённого пакса из ОВД «Ясенево». Того задержали накануне в лесу за мангал.
– Я вам, сучары, Моздок щас устрою. Кафе Минутка организую. Суки. С детьми был, так они прямо при детях забрали! Я, правда, послал их матом перед этим… Но браслеты зачем накидывать?
Я разглядывал бурлящего пассажира лет тридцати.
– На самом деле бывший?..
– Да нет, – он вдруг успокоился и начал говорить нормальным тоном, – сетку тянул им несколько лет назад, после института. Настраивал компьютеры. А как они проверят, бывший или не бывший? Короче, взял на понт, отпустили. Еду домой, надо снова за углями идти…
– Вот мой предыдущий муж был настоящим мужиком! Мог взять и сломать об колено любого, кто вякнет!
