– Спасибо, мои дорогие! Увидимся! Я уже выехала. Я уже в такси. Буду минут через двадцать. Водитель, сколько нам ехать? Через семнадцать минут я на месте, мои хорошие! Да, прямо у входа можем встретиться. Столик заказан. Кого? Алку? Алку берите, конечно! Она такая классная. Вторая линия, извините. Алё! Игорь? Привет! Спасибо! Нет, пока ещё не старая, но уже взрослая. Спасибо! Уже еду. Они тоже едут. Аллу берут с собой. Помнишь, такая рыженькая с голубыми глазами. Да помнишь, как ты мог забыть? Милая такая девочка. Рыжая. Сиськи маленькие. Да, без лифчика ходит. Это она. Они все вместе уже едут. Минут через двадцать. Водитель, сколько нам до Пушкинской? Водитель! Шестнадцать минут и я там, Игорёк. Целую. У меня вторая линия. Алё. Я же сказала: берите. Да, я приглашаю. Я всех приглашаю. Места полно, всем хватит. Дай ей трубку. Я сама приглашу. Аллочка, привет, моя хорошая. Алё. Алё. Ты меня слышишь? Что? Не поняла, повтори. Приезжай, я очень хочу всех видеть. Подарок не нужен. Японский. Да, суши и сашими. У меня вторая линия, Аллочка, я вас всех жду, я буду на месте через 20 минут, вы меня подождите у входа, если что. Обнимаю. Алё. Да, Игорь. Я еду. Уже проезжаю развязку. Не знаю, что за развязка. Еду. Вы подождите меня, если что. Они тоже едут. Да, Алка с ними, только что разговаривали. Рыженькая, ты должен помнить. Минут через двадцать, я не знаю точно, но пробок нет. Почему не хочешь видеть? Чего она тебе такого сделала? Она милая девчонка. Они уже рядом где-то. У памятника Пушкину, я не знаю, где это. Где-то в районе Пушкинской. Какую гонорею? Не выдумывай, пожалуйста, Алка не могла. Не морочь голову. В этот день, я прошу тебя, не морочь голову. Приезжай, я буду рада вас видеть. Всех. И что теперь? Сам виноват. Игорь, ты сам виноват. Алка милая девчонка. Всё, жду, извини, у меня вторая линия, минут через двадцать встречаемся там, на Пушкинской. Алё. Да. Вы приехали уже? Вы на месте? Алка с вами? Игорь звонит и ругается, говорит, у неё гонорея. Я так ему и сказала. Идиот. Взрослый, а ведёт себя как идиот. Он недалеко от Алки ушёл в этом смысле. Нет, он не ушёл от Алки. Я не об этом. Японский ресторан, там вывеска должна быть. Я не помню название. Найдём. Вы, главное, ждите меня, я уже скоро буду. Сколько нам ехать? Водитель. Водитель. Сколько нам ехать? Пятнадцать минут. Зачем в магазин? Нет, мы идём в ресторан, у меня заказан стол. Нет, мы не будем на улице. В этот день… Нет, не будем. Нет, в ресторан. Ждите, я уже минут через двадцать на месте. У меня кто-то на второй линии, отключаюсь. Да, Игорь. Привет ещё раз. Мы, видимо, будем праздновать где-то на улице. Нас могут не пустить в ресторан. Нет. Я заказывала. Я знаю. Они сейчас позвонили и сказали, что Алка в говно.
– Мы в Мордовию-то улетим? Не знаете?
В автобус загрузились шестеро крепких мужиков. Точка Б в заказе – аэропорт Шереметьево.
– Наверное… Если билеты купили. По России уже всё летает.
– Нам купили, вроде… – вздохнули мужики.
Работают на башенных кранах. Летят на родину в Саранск, на отдых, к семьям. Почти без вещей: скоро обратно в столицу и продолжать своё «майна – вира».
– Друг, а давай какую-нибудь музыку попроще!
В салоне пел Бенсон свою романтическую песню «Зэ Мэскэрэйд», и я сам уже соображал, чего бы поставить мужикам.
– Будем слушать турецкую эстраду! – объявил я голосом конферансье и принялся листать на экране список плейлистов. У меня есть подборочка турецкой попсы: ею вылечиваюсь иногда, когда становится совсем невыносимо без Стамбула.
– Турецкую?! – взволнованно заголосили саранские крановщики, – Турков мы уважаем!
Ещё бы. Учитывая то, что турки строят в Москве почти всё, что сложнее шалмана у станции электрички.
– Хотя, они по самолёту нашему ёбнули, помните? – заметил один башенный крановщик.
– Ёбнули и ёбнули, они же заранее предупреждали, что ёбнут! – возразил ему другой крановщик.
Турки тогда действительно многократно предупреждали, что ёбнут. Я подивился тому, насколько мужики в материале. Молодцы. Следят.
– Я в Турции много раз бывал, почти везде. В Анталии, Кемере и в Алании. – рассказывал третий крановщик, покачивая головой в такт турецкой песне. – Погода у них классная, никакого ветра или ураганов.
Коллеги закивали: ураган или ветер – это плохо.
– Встретил там одну из Липецка. Красивая баба. Но замужем.
– Они там все замужем, Вить. На курортах, с какой ни идёшь погулять, потом всегда выясняется…
Мужики стали наперебой обсуждать ветреных русских курортниц.
– Я бы свою одну отдыхать в Турцию не отправил! – сказал худой крановщик в бейсболке FBI, а потом обратился ко мне: – Вы не знаете, когда границы откроют? Тур в Анталию уже можно купить недорого?
– Суп пока не готов. Есть салаты и плов. – девушка с именем Гульнора на раздаче в столовке в бизнес-центре класса Гэ, где расположен наш парк, переживает, что я не попробую их суп.
