Он крепко поцеловал меня, покусывая, его язык требовал больше. Руки пробежались по моей груди, талии, по моим ягодицам и задней части бедер. Я сказала «да» на все и застонала, когда он притянул меня на колени. Я оседлала его бедра и просунула руку под кофту, в то время как он покусывая, целовал мою шею.
Мои руки не могли насладиться вдоволь. Упругие мышцы и теплая кожа, немного волос на его груди. Он позволил изучать его, а все это время желание горело во мне подобно яркому пламени.
Я дернула бедрами, и его руки скользнули по ляжкам. Лицо было напряжено. Он схватил меня за бедра, когда я врезалась в жесткую ткань его джинсов. Его твердое тепло напряглось под молнией.
Глубокая боль удовольствия распространялась внизу живота. Все мои чувства сузились до места, где мы терлись друг о друга. Я села на него верхом, наслаждаясь чистым отчаянием, бесстыдным трением о него, и все это было совершенно нормально. С Айзеком я была в безопасности. Он не был чудовищем из теней. Он плоть и кровь подо мной. Он встретился со мной взглядом, а его слова подбадривали меня.
– Это…
– О боже, – прошептала я, умоляя.
– Все нормально, – сказал он сквозь сжатые зубы. – Я хочу, чтобы ты это сделала.
– Айзек…
– Ты со мной… Сделай это для меня.
– Мне нужно… больше.
Я убрала его руку со своего бедра и направила под платье между ног. Я издала крик, прижавшись к его губам, когда его пальцы коснулись трусов. Удовольствие нарастало и распространялось, пока он нежно тер и гладил меня там.
– Боже, малышка, – его дыхание обдавало горячим воздухом мое ухо. – Ты такая влажная.
Эти слова стали концом. Мое тело хотело этого. Я хотела этого. Давление, нарастающие между моими ногами, сдалось ему, и поразительно мощная волна жаркого удовольствия по мне прокатилась. Все тело напряглось и сжалось. Дыхание застряло в легких, а затем вырвалось наружу, когда экстаз прокатился по мне приятной волной, без стыда и сожаления.
– О боже мой, – выдохнула я, падая ему на плечо. – Черт возьми, Айзек…
– Иди сюда, – он притянул меня ближе, и я растеклась по нему.
– Не могу поверить, что сделала это, – сказала я и подняла голову. – Что насчет тебя? Черт, ты, наверное, думаешь, я…
– Я ни о чем не думаю, – сказал он. – Я хотел этого для тебя. Ты была такой красивой сейчас…
– О боже, – сказала я, пряча лицо на его плече. – Все еще не могу поверить.
– Поверь, детка, – сказал он, со смехом прижавшись к моим волосам. – Ты такая чертовски сексуальная.
– Шесть месяцев назад я на себя в зеркало не могла посмотреть. А теперь ты…
Он взял мое лицо в ладони.
– Шесть месяцев назад я был чертовски несчастен. А потом появилась ты. Рядом с тобой я не чувствую необходимости оказаться в другом месте или стать кем-то другим. Я могу быть самим собой, и это не будет так чертовски плохо. Это подарок, Уиллоу. И я никогда не смогу отплатить тебе за него, – он провел большим пальцем по моей нижней губе. – Так что перестань смотреть на меня так, словно что-то мне должна. Это не так.
Я сжала зубы и шмыгнула носом.
– Не заставляй меня плакать над первым оргазмом, – сказала я. – Но разве ты не хочешь… Как долго тебе будет этого хватать?..
– Я не хочу спать с тобой, – сказал он.
Я скрестила руки на груди.
– То есть хочу, – засмеялся он. – Боже, конечно, хочу. Но тебе семнадцать.
– И? – спросила я обиженным тоном, когда облегчение скользнуло в мою грудь, успокаивая наэлектризованные нервы.
– Нам нужно подождать, пока тебе не исполнится восемнадцать. Или, когда ты не будешь готова, но только после восемнадцати.
– Возраст не имеет значения.
– Ага, скажи это своему сердитому отцу.
– Ух, не напоминай, – я провела пальцами по его подбородку. – Тебя не станет раздражать ожидание?
Он покачал головой.
– Такое впечатление, что я всю жизнь ждал тебя, Уиллоу. Могу подождать еще чуть-чуть.
Мои глаза наполнились слезами, и я хлопнула его по плечу.
– Теперь ты это специально.
Он нежно поцеловал меня.
– Никогда не сомневайся.
Я покачала головой.
– Никогда.
На следующее утро на уроке английского Полсона я села за парту рядом с Энджи. Сегодня на ее футболке была надпись «Не читай мою футболку». Она сделала вид, что снимает очки и смотрит на меня.
– Ты выглядишь по-другому, – сказала она. – Прямо вся светишься. Вообще-то, если бы мне пришлось выбирать слово, я бы сказала…
К моим щекам прилила кровь, и ее глаза широко распахнулись.
– Нееет, – выдохнула она. – Ты это сделала?
– Тс-с-с.
Она снизила тон до шепота.
– С Айзеком?
– Нет, с поваром Боярди, – ответила я. – Конечно, с Айзеком. Но мы не занимались сексом. Мы делали… другие вещи.
Энджи сложила руки под подбородком.
– Ох, милая, я так рада за тебя. И «другие вещи» недооценивают. Мы с Нэшем занимались «другими вещами» год до самого дела, и это было удивительно. Словно длинная прелюдия.
– Энджи, – я огляделась.
Она пожала плечами.
– C’est la vie, ma chere.
– Так… – я прикусила губу. – Вы с Нэшем ждали целый год?
Выражение ее лица смягчилось.
