Проскальзываю внутрь. Девушка тут же закрывает дверь на два засова, нежные пальцы скользят к замку на ручке и поворачивают ее. Теперь я могу рассмотреть незнакомку. Обтягивающие кожаные брюки и короткий черный топ подчеркивают изящный силуэт. Светлые золотистые волосы подстрижены ровным каре до плеч и покачиваются при каждом движении. Ногти на ногах покрыты красным лаком.
Оборачиваюсь посмотреть, где же меня заперли. Сразу у входа, оставляя место от силы для трех человек, с потолка свисает несколько полотен тяжелой черной пленки. Через отверстие между полотнами в прихожую просачивается тусклый свет.
– Телефон оставьте здесь, – она указывает на заполненное смартфонами большое стеклянное блюдо, стоящее на маленьком столике у входа.
– У меня его нет… я не взяла. – Сжимаю в ладони мамин крестик.
– Я проверю? – Это звучит одновременно как вопрос и как утверждение.
После моего кивка Ана ощупывает меня под одеждой.
– Сюда. – Она приоткрывает черную пленку, чтобы я могла пройти. – Вот, – протягивает мне большую маску, – наденьте, пожалуйста.
Дрожащими руками надеваю предложенный аксессуар: выполненная из фетра черная маска украшена кружевной отделкой и закрывает верхнюю часть лица, оставляя открытыми кончик носа и глаза.
Мы поднимаемся по узкой лестнице с толстым ковром, в конце которой Ана – тоже в маске – поворачивается ко мне и спрашивает, не хочу ли я выпить перед тем, как она меня представит. Я отказываюсь. Она улыбается, берет меня за руку и ведет в плохо освещенную пустую крошечную кухню с низким потолком. Темень такая, что будь Роб здесь, я бы его не разглядела.
Из угла кухни на меня пристально смотрит крупная черная собака с шелковистой шерстью.
– Сидеть, Малыш! – уверенно командует Ана.
Собака навострила уши; огромная голова поворачивается то ко мне, то к хозяйке. В итоге пес повинуется, продолжая глядеть на нас обеих.
– Возьмите. Это подарок для гостей. – Мне протягивают стакан с двойной порцией темной жидкости и круглую оранжевую таблетку с изображением Будды.
– Нет, я…
Не обращая внимания на мой протест, Ана подносит стакан мне к губам, и я послушно запрокидываю голову назад, делая глоток.
– Ну вот и молодец. Еще? – спрашивает она, поблескивая стразами на маске.
Я качаю головой, но Ана все равно наливает еще полстакана. Я залпом выпиваю темную жидкость, от которой продирает горло.
Ана смотрит то мне в лицо, то на кулак, где зажата круглая оранжевая таблетка. Я медленно поднимаю руку и открываю ладонь, показывая пилюлю. Ана подбадривающе кивает. Зажав таблетку между большим и указательным пальцами, я кладу ее на язык, рисунком Будды вверх.
– Так-то лучше. Идем.
Она протягивает мне руку и ждет, что я дам свою. Взявшись за руки, мы доходим до второго этажа, там Ана отпускает меня и, грациозно покачивая бедрами, идет впереди.
Таблетка во рту почти растворилась; оставшуюся часть вытаскиваю изо рта и незаметно выкидываю на ковровую дорожку у основания узкой темной лестницы.
Ана открывает обшарпанную фанерную дверь, ведущую в слабо освещенный коридор. У стены, скрестив руки на груди, стоит, как изваяние, мускулистый мужчина без маски и поедает нас глазами.
Моя провожатая идет направо и проскальзывает в первую дверь слева, я захожу следом. Мы в крошечной комнатке, полной шкафчиков с номерами.
– Обычно переодеваются здесь: в уличном нельзя. Однако вам, как новенькой, разрешено одно знакомство в своей одежде. Дайте мне туфли, пальто и ключи от машины.
Я смотрю на нее в некотором замешательстве. Ана наклоняет голову влево и вскидывает брови. Повинуясь простым указаниям, скидываю пальто, оставив ключи в кармане, и отдаю девушке. Затем снимаю туфли.
Ана кладет пальто в стоящий в ряду других индивидуальный шкафчик и дает мне ключ, на котором выгравировано число «21».
– Туфли поставьте туда же.
Так и делаю; закрываю шкафчик и надеваю на запястье красный эластичный браслет в виде спирали, на котором висит ключ.
В голове так и вертятся вопросы. Где я? О каком «представлении» она говорит? Здесь ли Роб? Знакомы ли они с Аной? Почему окна и двери завешены черной пленкой? Что за таблетку я выпила? Где остальные люди? Я не знаю местных порядков, явилась без приглашения. Я точно здесь лишняя, и сейчас Ана возьмет и прикажет коридорному громиле вышвырнуть меня прочь.
– Распустите волосы, дорогуша.
Снимаю резинку с хвоста и расправляю локоны вокруг лица.
Бросив оценивающий взгляд, Ана говорит:
– Отчаянная домохозяйка… Им понравится!
Девушка хихикает. Удивительно, как улыбка меняет ее лицо: острые лисьи черты пропадают, и появляется выражение простодушной наивности.
