Резюмируя ситуацию накануне Лиссабонского саммита и не вдаваясь в дальнейшие детали, хотел бы отметить следующее. Несмотря на резолюции Совета Безопасности ООН, усилия Минской группы, прямые переговоры, достижение соглашения о перманентном прекращении огня вплоть до подписания мирного соглашения, открытым оставался самый главный вопрос. Это судьба Нагорного Карабаха. Вся мировая печать называла его спорной территорией. Так считали и все посредники, а также столицы заинтересованных держав.
Минская группа, сопредседатели не имели собственной позиции по этому вопросу. Они постоянно твердили нам, что готовы согласиться со всем, о чем мы договоримся между собой. Наши ссылки на справедливость, международные законы, территориальную целостность государств, Устав ООН и принципы ОБСЕ не оказывали должного воздействия.
Курсируя между Баку, Ереваном и Ханкенди, посредники лишь передавали нам информацию о том, кто и что сказал. Наши требования выработать собственную позицию, основанную на международных принципах, результатов не давали.
Однажды представитель США по Минской группе Джо Прессел на мой вопрос, с чем он прибыл к нам из Вашингтона, просто встал, вывернул карманы и сказал, что не имеет в них для нас каких-либо решений. Более интеллектуально вел себя В.Казимиров. Он нашел для решения "судьбы Нагорного Карабаха" в анналах дипломатической казуистики великолепный термин "ipso-fakto" (словарный перевод этого термина означает "в силу самого факта") и применил его к Нагорному Карабаху. Таким образом, пояснял он нам, армяне Нагорного Карабаха - "ipso-fakto" являются гражданами Азербайджана, то есть на самом деле не являются, и, естественно, Нагорный Карабах в силу факта - территория Азербайджана, но в силу сложившихся обстоятельств - нет.
Касаясь событий, предшествовавших Лиссабонскому саммиту, хочу отметить следующее. Российская дипломатия, несмотря на ее высокий интеллектуальный и профессиональный уровень, потерпела все-таки ряд серьезных поражений в плане манипуляций армяно-азербайджанским конфликтом для восстановления своей гегемонии в нашем регионе. Самое важное то, что Азербайджанское государство выдержало страшный удар. Оно не развалилось, не пошло на уступки России по судьбоносным вопросам, таким, как размещение военных баз на нашей территории и охрана наших границ российскими пограничниками.
С другой стороны, Россия потерпела неудачу также и в ОБСЕ. Минская группа, хотя Россия и голосовала за нее, была создана вопреки ее желанию. В.Казимиров делал все для того, чтобы скомпрометировать ее как ненужный и бездейственный орган, не способный урегулировать конфликт, выдвигая в качестве альтернативы единоличное посредничество России.
Председательство западных государств в Минской группе вызывало не только раздражение, но и иронию России. В.Казимиров апеллировал к тому, что западные державы ничего не знают о нашем регионе, что соответствовало действительности. В отличие от них Россия знает наш регион как свои пять пальцев и имела здесь тогда чрезвычайно сильное влияние.
Согласно решению ОБСЕ, каждая из девяти стран - членов Минской группы должна была председательствовать в ней поочередно. Как всем хорошо известно, первым председателем Минской группы был итальянец Марио Рафаэлли, затем швед Ян Элиассон. После этого состоялся Будапештский саммит ОБСЕ в декабре 1994 года. Российская дипломатия взваливала всю вину за отсутствие результатов по урегулированию армяно-азербайджанского конфликта на неспособность Минской группы это сделать. Российская дипломатия стремилась к роспуску Минской группы и получению международного мандата на урегулирование армяно-азербайджанского конфликта, хотела права на ввод в нашу республику российских "миротворческих" сил или контингента объединенных сил СНГ, что означало то же самое. Планы и схемы, где и на каких позициях будут размещены российские войска в Азербайджане, были давно готовы.
Но в результате усилий азербайджанской дипломатии, поддержанных ОБСЕ, то есть мировым сообществом, этот план был сорван. Саммит принял решение о вводе в регион после подписания мирного соглашения многонациональных международных миротворческих сил, в составе которых Россия может быть представлена не более 30 процентами.
Правда, России удалось добиться для себя компромисса. Саммит признал, что, действительно, без России, имеющей большое влияние в регионе, чрезвычайно трудно добиться урегулирования армяно-азербайджанского конфликта и назначил ее постоянным сопредседателем Минской конференции и Минской группы. Мы согласились с этим компромиссом потому, что урегулирование все-таки зависит от той позиции, которую занимает Россия.