— Неудачно у них получилось, — с сожалением покачал головой Подошва. — Угодили в самый город.
— Но где же они могут быть? — волновался Йошка. — Надо продолжать поиски!
— Мы слышали перестрелку — они, видно, ушли на юго-запад.
— Пойдешь с нами на поиски, Павел, — обратился к нему Чубон.
Через несколько минут подпольщики снова разбрелись по лесу.
Более суток искали местные подпольщики парашютистов. Но поиски их были безрезультатными. Сразу же после того, как Йошка Заяц, Ян Чубон и Павел Подошва зашли в лес, снова начался густой снегопад, засыпавший все следы. Парашютисты точно сквозь землю провалились.
Тот, кто бывал в Маковских лесах, знает, что в их густых чащах не раз блуждали даже бывалые охотники. Виднеется впереди вершина горы, — кажется, рукой подать до нее. Идешь, идешь, вот уже и солнце клонится к закату, а вершина все еще на том же месте.
Йошка Заяц, опытный следопыт и хорошо натренированный ходок по лесным тропам, все чаще и чаще останавливался и вытирал взмокший лоб.
— Ай да лесочек! — восхищенно восклицал он про себя. — Тут немцу ни в жизнь не пройти.
Он вздохнул, сбил на затылок шапку и двинулся дальше. «Обойду еще вокруг Турковаи, Семетеша, а потом домой. Может, наши уже и нашли кого», — решил он.
Снегопад прекратился, и чистое небо огромным шатром нависло над величественной ширью горного леса.
Впереди открылась небольшая поляна, за ней — крутой склон. Дальше на несколько сотен метров подымалась стена высоких елей, достигающая самой вершины горы. Вдруг едва заметная струйка дыма показалась над деревьями и растаяла в зеленом мареве.
«Они! — радостно вскинулся Йошка и тут же сдержал себя. — А может, это немецкие ищейки? Надо посмотреть».
Йошка стал осторожно спускаться по склону. Минут через сорок он уже приближался к тому месту, над которым вился дымок.
— Стой! Руки вверх! — резко крикнул кто-то на чистом словацком языке.
У Йошки дрогнуло сердце, неприятный холодок пополз по спине. Он поспешно поднял руки.
Несколько секунд длилось томительное молчание. Лес по-прежнему стоял настороженный, суровый. Где-то невдалеке шипел огонь, и клубы пара подымались над вершинами деревьев: торопливо тушили костер.
Йошка Заяц стоял молча с поднятыми руками и ждал. Из-за деревьев вышел Рудольф Янушек с автоматом на изготовку.
Крестьянин с удивлением уставился на партизана: человек был одет в форму офицера чехословацкой армии, а на голове — русская шапка-ушанка с красной лентой наискосок.
— Что вы здесь делаете? — спросил Янушек, пытливо рассматривая незнакомца. Тот молчал.
— Кто еще с вами? — спросил Янушек.
— Никого, я один.
— Оружие есть?
— Нет.
Рудольф обыскал его, оружия действительно не оказалось.
— Что же вы здесь ищете? — строго спросил Янушек.
Крестьянин по-прежнему молчал.
— Пойдемте со мной, — приказал Янушек.
…И вот перед нами предстал еще один местный житель. Это был по внешности самый заурядный человек, среднего роста, худощавый и темноволосый. Он пытливо поглядывал то на офицерские погоны моего овчинного полушубка и красную ленту на шапке, то на стоящих рядом со мной партизан. На какой-то миг в его чуть косивших глазах вспыхивали радостные огоньки.
— Кто вы? — прервал наконец молчание крестьянин и еще раз посмотрел на мои погоны.
— Мы русские и чехословацкие парашютисты, — ответил я.
Он еще раз внимательно поглядел на меня, потом перевел свои умные с косинкой глаза на комиссара. Рудольф Стой улыбнулся и сказал по-чешски:
— Вот видите, мы уже сообщили о себе, а вы все отмалчиваетесь.
Крестьянин все еще колебался, присматривался.
— Скорее отвечайте! Не забудьте, что мы не в гостях у тещи, а на войне, — строже предупредил комиссар.
— Вы же видите, что перед вами русские и чехословацкие партизаны-парашютисты! — вмешался Андрей Гронец на словацком языке.
— Если так, то вас мы как раз и разыскиваем, — улыбнулся незнакомец и оживленно зачастил: — А я все побаивался вас, не поверил сразу. Ну, думаю, попался Йошка Заяц. Это я так прозываюсь. Из деревни Шатина я, около Макова. Все наши подпольщики ищут вас уже второй день. И я тоже искал, и вот нашел!
Последние слова он произнес с гордостью.
Мы внимательно слушали незнакомца, задавали ему множество вопросов и так же, как и он на нас, вначале смотрели на него с недоверием.
Йошка Заяц вытер рукавицей вспотевший лоб и продолжал подробно рассказывать обо всем, чем мы интересовались. А интересовались мы положительно всем: Йошка называл окрестные села, деревеньки, и мы тут же отыскивали их на карте. Глухой Маковский лес как бы оживал перед нами, раскрывал свои потаенные тропы и был уже не таким страшным и загадочным, как это нам казалось, когда мы только ушли от преследования врага и очутились в его нехоженых зарослях.
Нам было несказанно радостно слышать, что вокруг в больших и малых населенных пунктах живут люди, носящие в сердцах такую же ненависть к оккупантам, как и мы, как люди всех порабощенных фашизмом земель.
Затем в разговор с Йошкой Заяцем вступили Рудольф Янушек и Андрей Гронец. Необходимо было побольше узнать о нем.
А тем временем мы с комиссаром отошли в сторону.
