– Ладно, дадим. Гусь все равно дороже стоит.
– Благодарю.
– Ты если в какую харчевню устроишься помощником, за птицей к нам приходи, – подмигнул он. – Поторгуемся.
Роман кивнул и напрягся до звона в ушах, когда сани угодили на очередное бесснежное место. Из открытого рта валил пар, а пропотевшая рубашка прилипла к спине. Через четверть часа они доволокли сани до свободного ярмарочного места и избавились от осточертевших упряжек.
– Спасибо, брат, удружил, – улыбнулся фермер и вытащил за лапу гусиную тушку. – С таким куском мяса тебя в любой дом на обед пустят.
– Благодарю, – в который раз сказал Роман и перехватил гуся за другую лапу.
Птицевод отсчитал два серебряника и протянул Факелову. Роман скинул монеты в карман, а затем засунул упитанного гуся в мешок.
– Удачи в поисках, еще свидимся, – сказал фермер. Затем махнул рукой на запад и добавил: – Вверх по улице отличный трактир.
Роман кивнул и с улыбкой произнес:
– Хорошей торговли.
Факелов пошел в указанном направлении, с интересом рассматривая город. Пока тащили сани, было не до этого. В этих краях, видимо, камня и глины добывали больше, чем дерева. Каждый дом, будь он из широких каменных блоков или из обожженного кирпича, смотрелся как маленькая крепость. Высокие заборы, мощные калитки. На многих виднелось название улицы и номер дома. «Этот город ближе всего к индустриализации, – подумал Роман. – С ее негласными девизами: каждый сам за себя; все против всех; чем больше людей, тем сильнее одиночество. И над всем этим незримая длань власти».
«– Я понял, почему у тебя все получается лучше, чем у Арета», – проговорил Чет.
Факелов молчал, ожидая продолжения.
«– Ты вызываешь у людей доверие. А когда они открываются тебе, ты начинаешь, как кукловод, дергать за ниточки их страстей. Арет так не умел. У него вообще ничего не было, кроме силы и гордости», – поведал ворон.
«– Интересное наблюдение, пернатый, – хмыкнул Роман. – Еще, главное, не льстить, а хвалить. Не ослепленный властью человек чувствует лесть. Если он построил избу, не надо говорить, что она лучше царского дворца. Можно сказать, что так умело сложенный дом сто лет простоит».
«– Это мне урок на будущее?» – издав короткий смешок, спросил Чет.
«– Вроде того».
Вход в трактир скрывался под широким навесом. Слева от двери висела большая доска, исписанная черными и синими буквами. Роман никак не мог привыкнуть к странному ощущению. Для глаз буквы были незнакомы, но разум легко воспринимал их смысл.
«Требуется работник по прочистке канализаций. Сколько сделаете – столько и заплатим» – гласило первое объявление.
«– За бочку дерьма – один медяк», – прокомментировал ворон.
Роман хмыкнул и начал читать дальше.
«Нужны работники для добычи камня. Жилье. Питание».
«– Проще сразу продаться в рабство», – подсказал Чет.
«Ищу помощника для строительства домов и сараев».
«– Это уже поинтересней», – сказал Факелов, поправляя сползшую на глаза шапку.
«Помощь в уходе за женщиной в возрасте. Условия работы после разговора. Спросить Артура».
«– Туманное объявление», – равнодушно произнес Роман и побежал глазами дальше по неровным строчкам.
В конце каждого объявления указывалась улица и номер дома. Об оплате – ни словечка.
«На будущую весну требуются работники для посева зерновых».
Следующие два объявления были написаны заметно раньше других. Дешевая краска начинала опадать.
«Требуется торговец в продовольственную лавку».
«Требуется продавец для торговли тканями».
Роман вздохнул. «Везде одно и то же, – подумал он. – Самая паршивая работа – в объявлениях. Помню, еще мама жаловалась». Воспоминание о матери растеклось по груди неприятным холодком. Поморщившись, он двинулся прочь от трактира.
«– Ничего не выбрал?» – поинтересовался ворон.
«– Не из чего», – буркнул Роман.
Для себя в голове он окрестил испытания так: седьмое – «человек-животное», восьмое – «духовный вампир», а девятое – «возжелать». Сейчас Роман примерял все прочитанные объявления к этим выражениям. «В канализации я сам стану духовным вампиром, возжелать там нечего. А гадят люди ничем не лучше и не хуже зверей. Может только более целеустремленно. Связывать Путь с дерьмом – желания никакого, – размышлял Факелов. – Каменоломня – почти тоже самое…»
Не пройдя и полсотни шагов, Роман остановился. С довольной улыбкой, словно кот к миске со сметаной, он пошел обратно к корчме.
«– Придумал?» – спросил Чет.
Роман слегка пожал плечами. Подойдя к вывеске, он бросил на нее беглый взгляд и вернулся на дорогу. Пропустив красномордого детину, Факелов направился к бодро идущему деду. Пожилой мужчина вздрогнул и ускорил шаг.
– Подскажите, пожалуйста, – начал Роман.
Дед облегченно вздохнул и остановился.
– Где улица Дворцовая?
– Иди дальше по дороге. Первая улица будет Хлебная, потом Торговая, а уж за ней – Дворцовая.
– Длинные улицы?
– Через весь город тянутся, – с ноткой гордости ответил прохожий.
– Благодарю, – кивнул Роман.
