В Закавказье и на Кавказе главными противниками арабов долгое время были хазары. В этом халифат как бы стал наследником Сасанидов, которые в свое время также боролись с хазарами и византийцами за данный регион. Но если Византия надолго была отброшена от Кавказа, то хазары наоборот весь VII и VIII вв. соперничали здесь с халифатом. Непрерывные войны с переменным успехом имели место до 30-х годов VIII в., когда арабский полководец Мерван ибн Мухаммед в 737 г. разгромил хазарские войска на Северном Кавказе. В итоге столица Хазарии была перенесена из пределов современного Дагестана в устье Волги (Атиль), а могущество Хазарии быстро пошло на убыль, и в IX в. роль хазар на Северном Кавказе была уже незначительна.
На первое место в Восточной Европе выдвигается с IX в. Древнерусское государство. В IX—X вв. древние русы совершили несколько походов на Восток, в прикаспийские страны. Эти походы были связаны с византийско-русскими и византийско-арабскими политическими отношениями, но в то же время они затрагивали интересы народов стран Поволжья и Кавказа. Известно, что в 909 г. русы заключили договор с хазарским правителем об условиях прохода русских дружин на Каспий. Во время похода 40-х годов X в. такого договора заключено не было. А в правление Святослава в 60-х годах X в. Русь в результате двух, по-видимому, войн уничтожила Хазарию как государство. В итоге усилилось русское влияние на Северном Кавказе, где на Тамани появились русские владения.
Хазария в VII — первой трети IX в. сдерживала натиск заволжских кочевников в Европу, но уже в 20—30-х годах IX в. мадьярские племена прошли через хазарские заставы в Причерноморье. В конце IX в. их сменили там печенеги. Наконец, в середине XI в. новая волна заволжских кочевников-кыпчаков (половцев) вытеснила печенегов и заполнила южные степи.
В VIII—X вв., т.е. в период существования Арабского халифата[14], культурные взаимодействия между странами Европы и Востоком шли в основном через арабов. Так называемая «арабская» культура начала формироваться в VIII в. В области науки она усваивала в переводах греко-римское, а также иранское и индийское наследие. Особое внимание в халифате привлекали труды античных астрономов, математиков, географов, т.е. представителей «точных наук». Это не значит, что в халифате пренебрегали античной историей или литературой. Арабские ученые IX—X вв. несомненно были знакомы с античной историей. В трудах ат-Табари, ал-Масуди есть экскурсы в историю Греции и Македонии, Рима. Но они кратки и преимущественно сведены к спискам царей и императоров с лаконичными упоминаниями их деяний. Иное дело астрономия, география, математика и медицина. Внимание именно к ним показывает, что наука в халифате носила практический характер и развивались те ее отрасли, которые были нужны государственным чиновникам, правительству огромной империи, торговцам, поддерживавшим связи почти со всеми странами Европы и многими государствами Азии и Африки. Сведения арабов о Западной и даже Юго-Западной Европе были фрагментарны, отрывочны. Арабские ученые знали Британию, очевидно, имели какие-то известия о Скандинавии, но даже об Италии их известия разрозненны и весьма неполны. У Ибн Хордад-беха (IX в.) есть описание Рима. Географ ал-Масуди имел в своем распоряжении известный комплекс сведений о западных и южных славянах. В то же время даже само существование Крыма улавливается в трудах лишь некоторых арабских ученых той поры.
Арабские путешественники проникали в Европу с востока (через Каспий, по Волге) и с запада (из Испании). Самым известным путешественником с Востока был Ибн Фадлан, участник халифского посольства в 20-х годах X в. к волжским булгарам, оставивший интереснейшее описание Болгарии и русов. С запада славянские земли посетил в том же X в. Ибрагим ибн Йакуб. Известные описания славянских земель арабскими географами IX—X вв. еще не во всем ясны, там много сложностей и туманных мест.
Знания на Западе о странах Востока VI—X вв. были еще скромнее. Преимущественно они основывались на античной традиции, не всегда точно воспроизведенной, например, у «Равеннского анонима», «Баварского географа» или в описаниях англосаксонского короля Альфреда. Так, его описание Кавказских гор и окрестных стран восходит исключительно к античным известиям.
Дипломатические связи восточных стран в VI—X вв. с Европой, исключая арабско-византийские отношения, были в раннее средневековье более чем скромными. Выше уже упоминалось об обмене посольствами между Карлом Великим и Харуп ар-Рашидом, но и эти сведения Эйнхарда, как отмечалось, оцениваются некоторыми авторами скептически. Более других была связана с восточным миром Русь, но о собственно дипломатических связях имеются известия лишь для времени Владимира I (80-е годы X в.). В целом в раннее средневековье культура стран Востока, в частности арабских государств, на Ближнем Востоке и на Пиренейском полуострове была выше, чем духовная культура и культура быта большинства европейских народов и стран (за исключением Византии).
