Как я уже упоминала, средневековое общество формально делилось на три сословия – тех, кто молится, тех, кто сражается, и тех, кто работает. Эта система в XII веке была по средневековым меркам еще довольно молодой, она родилась всего лет сто назад и еще не успела устояться и прижиться. Но вот в нее-тоцерковь в лице своих богословов и проповедников и стала вписывать рыцарство, практически монополизировав за ними сословие «тех, кто сражается». По сути, получалось так, что церковь благословляет молодых людей на получение рыцарского звания и дает им напутствие, как правильно поступать, тем самым подчеркивая их благородство и элитный статус. Но таким образом она оставляла за собой и право осуждать и даже карать тех, кто эти правила нарушит.
Можно сказать, рыцари и сами не заметили, как стали получать меч (причем теперь обязательно освященный) из рук священника, начали клясться защищать веру, и вообще весь ритуал посвящения насытился религиозной символикой. Но это была вполне логичная эволюция и обряда, и самой рыцарской культуры. Во-первых, как я уже сказала, начались Крестовые походы, христианство стало откровенно и даже официально воинствующим, и те, кто шли воевать против неверных, так и так ощущали себя воинами Господа. Не зря пик насыщенности церемониала посвящения в рыцари религиозными символами пришелся именно на XIII век, за который крестоносцы успели сходить в шесть Крестовых походов.
Во-вторых, высокая религиозность рыцарства и его приверженность христианским идеалам были на руку и светским государям, поэтому быстро произошло сращивание воедино служения Богу, сеньору и даме.
Ну и, наконец, дело было в самой католической церкви. В это время она как раз активно подминала под себя все сферы жизни и деятельности человека. Я уже не раз писала, что в раннехристианский период церковь еще не сформировалась как политический институт и занималась в основном размышлениями о душе и способами попасть в рай, во многом будучи очень оторванной от реальной жизни. Но время шло, церковь превратилась в серьезную политическую, культурную и социальную силу и стала наверстывать все то, что упустила в первые века своего существования.
Не зря именно тот же XIII век считается переломным и в брачно-семейных вопросах – церковь пыталась взять их под полный контроль с VIII века, воевала за них со светской властью на местах, но только в XIII веке вопрос был решен окончательно, и в дальнейшем уже никто не мог нарушать установленные церковью правила христианского брака. Тогда же, в XIII веке, Папа Римский запретил Божий суд и создал инквизицию для борьбы с ересями. И все слушались! То есть с конкретным Папой могли и воевать, но против церкви в целом никто не решался идти, именно в это время она стала сильна как никогда прежде и так или иначе удерживала свою власть вплоть до Реформации.
Хотя, конечно, за пиком последовал некоторый спад, который сказался и на рыцарстве – уже в XIV веке оно начало снова становиться все более светским, а обряд посвящения все чаще проводился по упрощенной процедуре – тот самый тройной удар мечом по плечу на поле боя или после турнира, который все мы не раз видели в кино. А XIII век с его сложным церемониалом и религиозной наполненностью стал вспоминаться с ностальгией как золотой век рыцарства.
Что поделать, Крестовые походы провалились, рыцари перестали ощущать себя крестоносцами, несущими язычникам свет веры. А тут еще и XIV век с его чумой, похолоданием, голодом и вымиранием половины Европы. Мир сильно изменился, и рыцарство изменилось вместе с ним.
Но вернемся к молодым людям, только что посвященным в рыцари. С одной стороны, конечно, их статус сразу повышался, но с другой – надо понимать, что рыцари не были равны между собой. И здесь я даже говорю не о рыцарях-бакалаврах и рыцарях-баннеретах[19], а о том, что в рыцарском сообществе существовала своя негласная иерархия в зависимости от опыта, возраста, социального положения и т. д. И на низшей ступени стояли как раз молодые холостяки, вчерашние оруженосцы, которые получили заветное звание, но не имеют за душой ни серьезного боевого опыта, ни какого-то стабильного материального и социального положения. Исследователи рыцарства обычно объединяют их под тем или иным термином, смысл которого сводится к слову «молодежь», причем с некоторым пренебрежительным оттенком – как бы «эх, молодежь…» Так что я их тоже буду называть молодежью.
