О бое очень много написано, и тогда, и сейчас. Гийом, похоже сел на одоспешенную лошадку, и буквально утюжил своих оппонентов, сбивая их с ног раз за разом, пока его собутыльники добивали их на земле.
А ведь все они — тяжело вооруженные рыцари, в латах, да и вообще не пальцем деланы. Если бы их доспехи были похуже, он бы их в одиночку в землю втоптал.
Неудивительно что в мелких локальных феодальных конфликтах пеший воин просто перестал считаться за реальную силу.
В наставлениях по тактике утверждалось, что один дестриэ, при таранном ударе, гарантированно роняет на землю десять человек, стоящих друг за другом в строю. Даже если все они подпирают щитом переднего.
Как видите, рыцарь это вам не индюк чихнул. Спасало одно — их было мало.
Именно поэтому, это медленное возвращение на поле боя пехоты так интересно. Да, конечно, длинные упертые в землю пики, палисады, замаскированные ямы и рвы, использование болотистой местности, (похоже еще очень эффективен был «чеснок»). Но мы с вами уже можем честно признать, что типичные поражения рыцарской кавалерии в первую очередь связаны с ошибками управления — мощное оружие еще надо уметь эффективно применять.
На фоточке — тот самый противокавалерийский чеснок. Если рыцарюги вас поймают с такими штуковинами в мешке — умрете мучительной смертью, будьте осторожны.
К 1466 году король Людовик Икс Ай (XI) слыл самым большим терпилой на всем Европейскоми побережье. И, помимо неосторожных высказываний юности (помните, про то что он никогда не будет воевать с этими отморозками — швейцарцами?) эта репутация держалась еще и на весьма больших уступках, сделанных Людовиком своим мятежным магнатам в лице лиги Общественного Блага после битвы при Монлери, в 1465. В той битве, он кстати показал себя довольно достойно, возглавив «решающую» атаку. Но лошадь под ним убили, и его самого из свалки буквально чудом вытащили шотландцы-лучники-гвардейцы. Так что впечатлений он нахватался. И основное впечатление у него сложилось такое, что управлять сражением, и хоть как-то влиять на поведение армии в целом и многочисленных фактически независимых феодалов — малореальное занятие. И тогда он решил пойти другим путем. А именно, изменить саму систему.
Он начал проводить последовательную, глубокую поддержку малого и среднего бизнеса, федерализацию земель, с постепенным угнетением феодальных прав и свобод, с конечной целью создать сильное, централизованное государство. Этакий Иван Грозный французского разлива.
Прошло десять лет правления Людовика XI, и теперь незримая рука Парижа держала за самое нежное многих и многих.
Строго говоря, слухи о французских хакерах были сильно преувеличены. Людовик тщательно вел бухгалтерию, к тому же сохранилась дипломатическая переписка. Исходя от нее, этот пожилой мужик (вступил на престол в 38 лет) не выглядит таким уж зловещим интриганом, каким его рисуют современники. Скорее он нервный и задерганный человек, окруженный идиотами. Ну вот, пара цитат из переписки с послами:
Или вот в ответ на жалобу посланцев что их обманули:
Лгите им больше! — это стало своеобразным клише, описывающем действия Людовика.
Там есть еще множество очевидных вещей — для выведывания планов нужных людей Людовик советовал подкуп слуг (какая низость!) и тому подобное.
Магнаты, вроде бы урвавшие себе от Франции по куску, и выбившие из Людовика фактическую независимость, немедленно стали рвать друг другу глотки. И, разумеется, в этом нелегком деле решили заручиться поддержкой короля. Они слали ему верноподданнические письма, с призывом поддержать их в справедливой грызне с соседом. Людовик всегда был на стороне своих «верных и раскаявшихся» подданных, гарантируя им молчаливую поддержку, и невмешательство на стороне врага. Обычно он обещал это обеим сторонам стразу. И, надо сказать, слово свое держал.
