Экспедиция 1376 г. увенчалась для Венеции значительным успехом. Вместе с тем и Трапезундская империя смогла избежать неминуемого в тех условиях поражения от превосходящих сил противника. Трудность совершения нового династического переворота показала, что последствия феодальной анархии середины XIV в. были ликвидированы.
Венеция пошла на быстрый и выгодный мир, учитывая нарастание угрозы со стороны своей лигурийской соперницы и обострение ситуации в Византии. Уже одновременно с решением от 26 июля 1376 г., утвердившим мирный договор с Трапезундской империей, Сенат рассматривал вопрос о маневрах генуэзского флота в районах Романии[1296]. Нападения генуэзских галер на венецианские суда происходили во всем Восточном Средиземноморье. Капитан венецианских «галер Моря» получил от Сената приказ сопровождать все венецианские торговые суда до Негропонта и даже до Константинополя[1297]. Разразившаяся Кьоджская война (1376–1381), а затем сокращение объема восточной торговли через Трапезунд помешали венецианцам воспользоваться плодами одержанной ими победы до конца XIV в., когда Мануил III хрисовулом 1396 г. подтвердил благоприятные условия деятельности венецианской фактории на Понте.
Документы, составленные непосредственно в городах Причерноморья итальянскими нотариями весьма редки в большой массе нотариальных минут и картуляриев, хранящихся в Генуэзском и Венецианском государственных архивах. Мне известны, например, подлинные документы лишь 5 генуэзских[1299] и 6 венецианских[1300] нотариев, работавших в Трапезунде. Между тем, очевидно, что значительная торговая активность итальянских факторий Причерноморья нуждалась в развитом делопроизводстве, ибо все сколько-нибудь значимые сделки неминуемо оформлялись либо нотариальными актами, либо — позднее и реже — частными записями (аподиксиями) и банковскими документами[1301].
К счастью, во многих случаях существует возможность частичной реконструкции несохранившихся или пока не обнаруженных актов итальянских нотариев, работавших в Византии и Причерноморье. Такую возможность создает обычай цитирования нотариями актов, на основании которых производились регистрируемые ими правовые действия. Способ этих ссылок варьирует в разных документах. Иногда нотарий точно указывает имя составителя цитируемого акта, его дату и место, чаще — два первых компонента или только имя с пропуском даты или оставлением места для нее (нередко так и остававшегося пустым пробелом в рукописи). И все же совокупный анализ всего картулярия позволяет зачастую не только оценить деятельность нотария, который производил записи, но и реконструировать работу его коллег, иногда отдаленную несколькими годами или даже десятилетиями. По косвенным показателям мы можем составить довольно ясное и точное представление о месте и масштабах деятельности цитируемых нотариев. В виде примера мы останавливаемся ниже на одном из таких случаев.
Картулярии генуэзского нотария Ламберто ди Самбучето, составленные в Каффе в 1289–1290 гг. хорошо известны исследователям, благодаря публикациям Г. Брэтиану и М. Балара[1302]. Среди актов многих нотариев, на чьи документы ссылался Самбучето, есть имя Гирардо ди Сан-Донато. Патроним
Ламберто ди Самбучето упоминает 13 актов Гирардо ди Сан-Донато с 13/II 1288 по 8/V 1290. В ряде случаев разрыв в датах между актами ди Сан-Донато и актами Ламберто ди Самбучето, который их цитирует, не превышает нескольких недель[1304]. Это сразу же наводит на мысль о том, что ди Сан-Донато вел делопроизводство в Причерноморье, относительно недалеко от Каффы.
