— Н-не надо… спасибо… — пугается. — Ой, а что у них со щеками?!
— Аллергия, наверное... — острожно готовлю ее к факту реакции на еду.
— У нас аллергии нет… Вы их чем кормили?
— Баранки.
— С маком, — добавляет Вера, влезая в наш диалог.
— С маком?! Вы что?! — брови Насти ползут наверх. Она как будто бы только сейчас замечает Веру и странно смотрит на нее, будто бы у моей секретарши выросли рога.
— А какая разница? — пожимает плечами.
— Баранки были без мака… — вставляю я.
— Я покупала разные.
— Твою дивизию! И я об этом только сейчас узнаю? — бросаю на секретаршу злобный взгляд.
— Ну я погуглила, это сто процентов мак.
— В машине подожди, — рычу. Грамотная слишком. Детей маком накормила! Я взрослый, и то его не ем! Сейчас эта чудо-женщина еще чего-нибудь Насте наговорит, что та на нас в суд подаст за неумелое обращение с мини-Лобановыми.
— Хорошо, — кивает и уходит.
— Насть… Я им мазь купил, в сумке лежит. И врач сказал, что все хорошо будет. Ты только не волнуйся.
— Ладно… спасибо… я уже не знаю, о чем волноваться, — вздыхает.
— Давай, я провожу. Здесь еще вещи… Так что помощь тебе понадобится.
— Донесу. Не привыкать. А они уже большие, пусть ногами идут. Да, мальчики?
— Дети спать хотят… наверное. Ты на чем приехала? — не отступаюсь.
— На метро. Тут близко, — ошарашивает.
— И ты с ними на метро собираешься ехать?!
— Ну да. Некоторые люди перемещаются в подземке. Это нормально.
— Слушай, давай я вас отвезу. Заодно поговорим по дороге.
— О чем? — голос садится.
— Объяснишь, как они попали в мой офис? — спрашиваю, глядя на то, как маленькие вампирята обхватили мамину шею и висят с двух сторон.
— Не поверите… — грустно усмехается. — Наш дом сгорел. Тетку, с которой были дети увезли в больницу, а мальчишек, как выяснилось, почему-то к вам привели…
— Интересно, почему? — смотрю на нее, ожидая ответа. Пожар, няня, больница… я все это уже знаю, но в голове вопросов меньше не становится.
— Ну… вы же сами видели, что парни молодые. Решили пошутить…
— Шуточки какие-то плоские.
— Там брат замешан. Он актер. Я так и не поняла, почему привез детей в «Март», вместо полицейского участка. Если хотите, дам его номер, сами и спросите. А я пойду. Слава Богу, что обошлось. В остальном пусть полиция разбирается. Мои детки со мной, и больше я их не отпущу…
— Минутку! Разговор не окончен. Я предполагаю, что детей привели, потому что в свидетельстве о рождении мое имя, — продолжаю давить. — Не подскажешь, как это вышло?
В чем я виноват?
— Вы нашли эту бумажку? Она к вам отношения не имеет. Забудьте. Спасибо вам за мальчишек. Нам пора… Всего доброго, — отводит взгляд.
— В смысле бумажка? — напрягаюсь.
— Не волнуйтесь, вас это никак не касается. Имелся ввиду совсем другой человек, — собирается уйти.
— Насть… Подожди. Я не хочу, чтобы ты с ними в метро толкалась. Им спать пора, да и ты устала.
— Не надо, мы доедем, — задирает нос. А я не могу себе признаться, что ищу повод их не отпускать. Но Анастасия отворачивается и быстро ставит на землю начавших капризничать детей.
— И все-таки… Если у вас дом сгорел… где вы будете жить? — кидаю ей в спину.
— Наверное, пока у знакомых, — она оборачивается и взгляд становится растерянным.
— У меня для тебя есть предложение.
Вижу, как эмоции сменяются на лице: от удивления до злости.
— Спасибо, конечно, но нам ничего не нужно от вас. Сами справимся, — с этими словами она берет малышей за ручки и тянет в сторону метро. А я так и остаюсь смотреть им вслед.
Не знаю, что со мной происходит. Никогда раньше за девушками не бегал, а уж за девушками с детьми… Сам не понимаю, зачем это делаю, но ноги бегут, не спрашивая совета у мозга.
Учитывая то, что Настя нагружена тяжелой сумкой и двумя нежелающими идти малышами, нагнать их получается довольно быстро.
Да и мальчишки, похоже, воспринимают наши догонялки как игру. Перестают кукситься и улыбаются своими пятью зубами, глядя на меня. А я улыбаюсь им. Как дебил.
— Максим Михайлович, вам нечем заняться? — Настя в отличие от своих детей вовсе не весела и выглядит уставшей.
— У меня к вам слишком много вопросов, чтобы так просто отпустить. И вообще, можно на ты, — забираю у нее сумку и, не давая возразить, протягиваю руку к правому, Мише. Он отпускает мамину ладонь и на удивление легко идет ко мне. Настя почти открывает рот от удивления.
— Миш, ты куда это?! А ты, Паша? — второй тоже тянет ручки.
— Ко мне, видишь? — сияю. И чего это я такой счастливый?
Детям я, кажется, понравился. Сам не знаю, хорошо это или нет, но взяв на руки Миху, получаю моральное удовлетворение. Отцовский инстинкт, что ли, прорезался?
— Миш… Вернись к маме… — тихо говорит Настя.
— Дети все решили. Вы едете со мной.
— Ладно. Решение принимает глава семьи. А я сейчас по состоянию больше похожа на пятку, — сдается.
— У тебя в семье патриархат. Две головы лучше, чем одна, — хихикаю. С «пяткой» она, конечно, переборщила. У всех бы такие «пятки» были…
— Вот адрес. Отвезите нас туда. Я вам заплачу.
— Чего? — давлюсь.
— По тарифу такси.
— А за то, что они у меня полдня тусовались не хочешь заплатить?
