Путь был если не счастливым, то во всяком случае не тягостным. Сергей Игоревич полистал глянцевый журнальчик, стал читать статью о пирамидах в Мексике, но внимание рассеивалось, веки слиплись, и он уснул с ощущением, что он герой из «Дамы с собачкой», едущий к этой даме с собачкой в далекий городишко. Ощущение было тревожащее и в то же время такое приятное, что Сергей Игоревич во сне все потягивался и поеживался…
Проснулся от голоса, сообщающего, что самолет готов к посадке. В иллюминаторах было светло – ночь съела дорога. Далеко внизу серели ленточки каких-то рек, темно зеленели леса, светло – луга и равнины…
Такой же автобус, как и в прошлый раз, провез пассажиров по дуге от самолета к аэропорту; тот же простенький зал прилетов, где Сергей Игоревич торчал в ноябре.
– Здравствуй! – оказалась прямо перед ним Елена.
– О! Здравствуй!
Обрадованный, он хотел поцеловать ее в губы, а Елена, ловко и изящно увернувшись, подставила щеку. И пошла к другим:
– Здра-авствуйте! Очень-очень рада, что приняли наше приглашение!
Сергея Игоревича покоробило это ее переключение на других, но одернул себя: «Действительно, не бросаться же на пол прямо тут».
На улице было свежо, но по-утреннему. Как только поднимется солнце, наверняка станет жарко.
Минут через двадцать – когда одни накурились, а другие получили багаж – расселись в микроавтобус и поехали.
– Далеко до города? – спросила нестарая, но оплывшая женщина, которую Сергей Игоревич несколько раз встречал на разных московских мероприятиях.
– В районе часа, – ответила Елена и повернулась на сиденье, выставила ноги в проход. – Далековато, конечно, но почва… или болота, или сопки. Нашли только тут подходящее место.
Ноги были длинные и смугловатые, будто она уже успела позагорать, колени круглые, без выпирающих косточек. Сочные икры, кусочек упругой ляжки выглядывал из-под подола светло-синего летнего платья. Поверх платья – белая шерстяная кофточка. Аккуратные голубые туфли-лодочки, какие красят только стройных девушек. И Елену они красили, добавляли легкости, воздушности… Шея длинная, с выразительным переходом в плечи. Каштановые волосы густые, даже на вид мягкие, душистые, как трава на прибрежных лугах. И глаза. Глаза горящие, радостные, щеки румяные. Губы…
Он рассматривал Елену откровенно, с вожделением, но без волнения. Был уверен: через час или вечером они будут вместе. И вся она будет его. Он станет гладить, мять, целовать, покусывать. Как тогда.
Столица округа оказалась современной, просторной, со свежими зданиями. Не по-северному огромные окна, широкие улицы. И гостиница новенькая, построенная по европейским стандартам. «Здесь-то кровать не должна подвести».
– Сергей, – когда оформлялись на заселение, подошла Елена, – у нас интервью на радио. Утренний эфир. Бросишь вещи и спускайся. Через полчаса должны быть в студии.
– Хорошо. А потом? – Он игриво улыбнулся. – Потом какие планы?
– Потом отдыхай с дороги. Позавтракать еще успеешь…
Елена выглядела озабоченной, напряженной, и продолжать намеки Сергей Игоревич не стал… Принимая от девушки на ресепшен карту-ключ от номера, обернулся на Елену. Она, видимо, опережая любое его предложение, сказала:
– Я здесь подожду.
В машине Сергей Игоревич косился на ее ноги, прикрытые тонкой тканью платья, на длинные пальцы, обхватившие руль. Тянуло потрогать, погладить, но что-то удерживало. Да не «что-то», а уверенность: скоро всё будет, сейчас же лезть – это по-мальчишески.
– Что на радио говорить? – нашел вопрос для разговора.
– Скажи, что рад участию в фестивале, надеешься, что он получится живым, интересным и полезным для жителей города. Что уже бывал в округе, свои впечатления… Разнообразие культур, языков…
– Честно говоря, ваш округ мне другими вещами запомнился.
Елена глянула на него серьезно, сурово даже, предупредила:
– Об этом не надо.
– Ну естественно. Я шучу.
– Я понимаю.
В студии на Сергея Игоревича накатило вдохновение, и он, как ему казалось, говорил очень хорошо. Сидевшая напротив Елена, довольно улыбалась и кивала. Ведущий после эфира похвалил:
– После такого спича успех фестивалю гарантирован!
Вернулись к гостинице. Когда Елена заглушила мотор и собралась выбраться, Сергей Игоревич положил ладонь ей на бедро, придержал.
– Лена, пойдем ко мне.
Она умоляюще, сквозь стекла очков, посмотрела на него.
– Не сейчас. Я организатор… дел полно…
– А когда? Вечером?
– Может быть… не знаю…
Сергей Игоревич повел ладонь выше по скользящей ткани; Елена сомкнула, сжала ноги. Не пустила. Он убрал руку и открыл дверь.
Решил, не заходя в номер, поесть. Спросил у девушки-администратора, где завтрак.
– За аквариум пройдите, и налево.
Стараясь прямо держать спину, Сергей Игоревич пошагал через холл к огромному аквариуму с одиноко плавающей в нем акулой. Елена, он чувствовал, смотрит на него, оставшись у дверей. Но вот послышался ее рассерженный голос:
