Я ничего не заметила. Такая же река, как и раньше. А потом берега стали сближаться. А наш корабль замедлил полет. А затем и вовсе сел на воду. И крылья убрал. И прозрачные стекла. Мы стали как обычные корабли.
— Это — базар, — сказала мама. — Здесь продают фрукты, овощи.
Повсюду полосатые разноцветные палатки. В палатках стояли столы. На столах лежали фрукты, орехи и овощи.
— Сейчас что-нибудь купим в дорогу, — сказала мама.
И мы пошли мимо прилавков. За ними стояли люди.
— Подходи! Пробуй! Кушай! Покупай! — кричали они.
Пахло очень вкусно. У меня слюнки потекли.
— Что ты хочешь? — спросила мама.
— Все, — сказала я. У меня глаза разбегались.
— Какая хорошая девочка! — закричал один продавец. — Иди сюда, девочка, иди!
Я подошла, и он дал мне большое красное яблоко. Мама протянула ему карточку.
— Зачем деньги? — удивился продавец. — Так кушайте!
Мама тоже получила от него яблоко. И мы пошли дальше. И разглядывали дыни, арбузы, груши, финики, персики… И нам все давали попробовать. И денег не брали. Только руками махали. Одна женщина со множеством косичек сказала:
— Мамаша, что же у вас ребенок такой бледненький? Совсем ее фруктами не кормите?
— Мы на севере живем, — сказала мама.
— Ах, — сказала женщина. — Зачем на севере? Приезжайте к нам жить! У нас тепло! У нас витамины! В нашем колхозе всем работа найдется!
— Спасибо, — сказала мама. — Только жарко у вас. И дождей не бывает.
— Да, дождей у нас нет, — сказала женщина. — И суховеи порой налетают. Но ничего. Когда я была такой же маленькой, тут вообще ничего не росло. Одни солончаки. А сейчас другое дело.
— Мы приедем, — сказала я. Очень мне понравились ее косички.
А потом налетел ветер, небо потемнело и хлынул дождь. Мы с мамой спрятались под навесом и смотрели. Я в первый раз дождь по-настоящему видела. Какой-то мальчик выскочил наружу и стал по лужам прыгать. Я тоже захотела, но мама крепко держала меня за руку. Она ничего не говорила, только так ладонь мне сжимала, что больно стало.
Корабль поплыл дальше. А мы остались. Вокруг была степь. И очень жарко. Мама надела мне на голову панаму. Федя поводил боками, охлаждался.
— Смотри! — мама показала вдаль.
Там вспыхнул яркий огонек, а в небо поднялся столб дыма.
— Ракета взлетает, — сказала мама. — Здесь космодром. Байконур.
— Мы полетим в космос! — я от радости захлопала в ладоши. — Мы полетим в космос!
Но мама сказала, что никуда мы не полетим. Чтобы лететь в космос, нужно очень долго готовиться. И много знать. И много уметь. И всегда чистить по утрам зубы и умываться. И съедать всю кашу.
— Я все это буду делать, — пообещала я. — Честно-честно!
А потом подъехала большая машина. Такая белая, что больно глазам смотреть. Из нее выскочил человек и принялся спрашивать:
— Кто тут Ковалевские? Кто тут Ковалевские?
— Тут мы! — закричала я в ответ.
— Садитесь в машину, меня Федя зовут, — сказал Федя.
— Его тоже Федя зовут, — сказала я и показала на Федю.
— Только я не собака, — сказал Федя.
— Вы откуда узнали, когда нас встречать? Я ведь не сообщала! — удивилась мама.
— Феде сказали, Федя сделал, — пожал плечами Федя. — Юра попросил вас встретить, сказал, во сколько и где. Вот я здесь.
— Странно. Неужели Петр постарался? А где Юра? — спросила мама.
— Не смог, — сказал Федя. — Предстартовая готовность. Он сам хотел… Но у нас тут новость, даже не знаю, как сказать… Ладно, садитесь, я вас мигом домчу. И ты, тезка, запрыгивай.
И мы поехали. Федя сидел за рулем. Мама сидела рядом с ним. А мы с моим Федей — сзади.
— Там в холодильнике есть мороженое и лимонад, — сказа Федя. — Бери что хочешь.
Я открыла дверцу. Глаза разбегались — так много было мороженого и лимонада. А еще конфет.
— Это все мне? — спросила я.
— Объешься, — сказала мама. — И вообще — у тебя горло. Холодное в жару есть опасно. Можно простудиться.
— Это Юра постарался, — Федя засмеялся. — Пусть кушает. Да и не такая уж у нас и жара. Про ливень слыхали? Чудо, конечно.
— Мы под него попали, — похвасталась я. И поделилась со всеми. Маме дала фруктовое мороженое. Федя взял эскимо. А я взяла шоколадное. Оно в самом большом стаканчике было.
— Так что за новость? — спросила мама.
— Юра переведен в основной состав. Исынбаев не прошел последнюю медкомиссию. Ночью состоялось экстренное заседание госкомиссии, принято решение… В общем, полетит Юра. Даже и не знаю — для него это, конечно, победа… А вот для вас… Вам бы пораньше в зону въехать, но у нас тоже своя бюрократия. Юра уже как член основного состава на сегодня вам пропуск пробил.
— Когда назначен старт? — спросила мама.
— Вы успеете. График смещен. За счет орбитальной подготовки, — сказал Федя. — Эх, неловко получилось…
Мама вздохнула.
Ракету я узнала. Она была точно такая же, как у нас дома. Только настоящая, а не игрушечная. И еще ее окружали решетки, а внизу было много машин. Мама надвинула мне на лоб кепку, которую дал Федя вместо панамы. На ней была надпись «Байконур». А еще он мне дал значок, на котором была нарисована ракета.
