Очевидно, что определенную трудность представляет и американское безразличие или даже сопротивление объективной информации об СССР. О других странах средства массовой информации часто сообщают с достаточной симпатией — или потому, что Америка исторически испытывала к ним симпатию, или из-за внутренней лоббистской поддержки этих стран. В отношении к Советскому Союзу ничего подобного в США нет, напротив, антисоветские лоббисты постоянно готовы опровергнуть любые факты, могущие указывать на изменения к лучшему в советской системе. Видный интеллектуальный деятель Уолтер Лакер писал в февральском выпуске «Комментарии в 1983 году: «В настоящий момент в Советском Союзе относительно мало политических заключенных… Это связано не с тем, что режим в СССР стал менее репрессивным, а с тем, что он стал более репрессивным
Решение, если таковое вообще имеется, состоит в том, что нужна не только новая информация, но и традиционно присущие американцам чувства справедливости и здравого смысла. Здравый смысл подскажет нам, что у СССР нет причин совершать те преступления, которые ему приписывают. Чувство справедливости не позволит бесчестить нацию, столько пережившую и столько достигшую. Видимо, нам не хватало этих двух чувств при анализе реальностей сегодняшнего СССР. А причина — в нашей собственной истории и в наших потребностях. Как заметил один известный специалист по истории советско-американских отношений, «говоря о Советском Союзе, американцы на самом деле говорили о себе и о своей собственной нации».
Михаил Горбачев начал кампанию «фундаментальных перемен» в советском обществе. В этой связи возникает важный вопрос: каковы его шансы на успех и, кроме того, как американцы воспринимают это общество? Он и его союзники начали общегосударственную борьбу со «всякого рода временщиками, карьеристами и бюрократами» в советском истеблишменте и призвали всех «благородных, сознательных и порядочных» членов этого же истеблишмента поддержать эту кампанию. Но есть ли в партийной и государственной бюрократических системах, среди тех членов элиты, чьи карьеры дали им определенные положение и привилегии, честные люди?
Видимо, большинство американских комментаторов считают, что таких людей нет. На протяжении многих лет средства массовой информации приписывали человеческие достоинства лишь диссидентам, эмигрантам и будущим эмигрантам. Это создавало впечатление, что весь советский истеблишмент — конформисты, циники, коррумпированные элементы, если не хуже. Даже более или менее объективные комментаторы называют советских политических деятелей «грубиянами» или «шутами», советских журналистов — «легавыми», а признанных советских писателей — «проститутками». Такое впечатление, что с американской точки зрения в рамках советской системы не могут существовать нормальные люди.
Безусловно, в СССР очень трудно быть одновременно удачливым и честным, как с симпатией говорят в СССР, «порядочным человеком» (в оригинале — русские слова латинским шрифтом. —
И в то же время очень многие члены различных элитных кругов в СССР по-прежнему сохраняют свои идеалы и — как это издавна называется в России — гражданское мужество. Важно сказать, что в стране, где слово «совесть» имеет глубокий смысл, где официальная идеология по-прежнему проповедует высоконравственные принципы, где 19 миллионов человек являются членами партии, что многое говорит об их человеческих качествах, — в такой стране и не могло быть иначе. Люди эти — не диссиденты, но и не конформисты. У них есть определенные амбиции, они любят свою страну и верят в советскую систему. Но в то же время они хотят, чтобы, согласно их собственному восприятию добра и зла, эта система изменилась, и они — в рамках их ограниченных возможностей — ведут себя соответствующим образом.
