За всё время пребывания в Веройсе я исходила деревню вдоль и поперёк, изучила все тропинки и переходы через валы за огородами, чтобы иметь шанс сбежать от очередного «ухажёра». Но дорога, которой вёл Сортон была мне незнакома. Мы точно удалялись от деревни в направлении Хорстра, но не той тропой, по которой обычно деревенские ходили по грибы и ягоды. Мне вообще казалось, что эта была заброшена и давным-давно никем не использовалась. Её среди сугробов едва можно было различить, однако Сортон уверенно шёл вперёд, протаптывая путь остальным. И это тоже было странно, ведь обычно его помощники расчищали дорогу, если ту засыпало снегом.
Внезапно среди деревьев показался просвет, и мы очутились на абсолютно круглой поляне, посреди которой возвышалась стрельчатая арка, сложенная из какого-то светлого камня, похожего на мрамор, испещрённый тонкими сероватыми и красноватыми прожилками. Деревенские толкнули нас с Лансом к ней, и если бы крепкая рука демона не удержала меня, точно пропахала бы носом по толстой корке наста.
– Ланс, может, получится отсюда как-то убежать? Ты же демон, а тут какие-то боги... – шепнула я тихонько, как только отошли на приличное расстояние от веройсовцев.
– Ну и что? Боишься, что во время ритуала вспыхну и осыплюсь пеплом?
Я прикусила нижнюю губу от волнения, ведь именно о таком исходе подумала.
Ланс тут же поспешил меня успокоить: – Напрасно. Может, где-то таким и пугают обывателей, но всё это сказки. Иначе не согласился бы на условия Сортона, а вступил в бой. Пока есть возможность протянуть время до отъезда в Эрвен, нужно использовать все варианты. Если верно догадываюсь о принципах работы этого сооружения, то деревенские чуток подпитаются магией и на некоторое время от нас отстанут. Полезть на рожон мы всегда успеем. Ты только сейчас не пей ничего, пузырёк ведь с собой?
Кивнув, я похлопала себя по правому карману.
– Попытайся хотя бы чуть-чуть успокоиться самостоятельно.
Легко сказать...
Сортон тем временем обогнул поляну и громко крикнул: – Святитель!
Небольшой заснеженный холм, виднеющийся между деревьями, дрогнул и начал осыпаться пластами. Я даже не сразу сообразила, что это оказалась землянка, дверь которой распахнулась, выпуская на волю сгорбленного старика, облачённого в какую-то странную тёмную хламиду.
– Зачем тревожишь? Только Ночь сводничества прошла, рано ещё.
Гнусно ухмыльнувшись, староста махнул на нас рукой: – У нас тут особой случай.
Подозрительно прищурившись, старик посмотрел вначале на нас, а потом на деревенских.
– Все за пределы круга! – противно проскрипел он и встряхнул кистями, будто разминая их.
Толпа мигом отхлынула к деревьям, причём некоторые за ними буквально спрятались, выглядывая, словно нашкодившие дети. Даже Сортон отступил обратно на тропу.
– Девка к арке ближе! Как укажу, пройдёшь через неё, а потом ты! – скрюченный артритом палец указал на меня, а потом переместился на Ланса.
Демон невозмутимо поцеловал мою руку и отошёл на пару шагов.
Мысленно молясь о том, чтобы всё прошло хорошо, я добралась до арки и замерла возле неё.
– Короб свой сними, дурища! – приказал старик, воздевая руки к небу.
Я скинула лямки и опустила свою ношу к ногам. Ланс сделал то же самое и замер, сфокусировав свой взгляд на мне.
Старик тем временем начал бубнить какие-то слова на непонятном наречии. С арки из-за начавшего на ней таять снега потекла вода, а прожилки запульсировали, будто сосуды, по которым внезапно побежала кровь. Голос святителя звучал всё громче и громче, а, достигнув предела, неожиданно оборвался на высокой ноте. Повинуясь жесту главного «браководника», я на негнущихся ногах начала проходить через арку. Кровь в висках бешено стучала, усиливая появившееся давление в ушах. Даже не знаю, как смогла разобрать чей-то разочарованный визг:
– Белая?! Почему арка белая?!
А я замерла на месте, не в силах пошевелиться, как ни пыталась сделать следующий шаг. Паника внутри меня достигла предела, лишь приближающаяся фигура Ланса не давала скатиться в истерику.
Когда рядом с нами оказался святитель, даже не поняла.
– Имя!
– Катриона Блэкчер.
Поморщившись, старик обратился к Лансу с тем же вопросом, а услышав фамилию, едва не отпрыгнул в сторону.
– Лансар Тройдес.
Тройдес? Как бабочка золотая птицекрылка?! Теперь понятно, почему Ланс так веселился, когда спрашивал о её втором названии. Зато реакция старика стала для меня ещё большим сюрпризом. Он что, лепидоптерофоб или кто-то с такой фамилией ему когда-то сильно досадил?