Лисичка с огненными волосами не отставала от своего друга ни на шаг, постоянно появляясь среди молодёжи на пробных испытаниях (как раз шёл набор желающих проверить свои силы в контактах с Океанесом), и живо общалась с кандидатами. Её внешность захватывала дух, пусть и непривычная человеческому глазу, но по своему красивая, манера общения, стиль ведения диалогов менялись до неузнаваемости, ничего общего не имея с привычной дочерью губернатора.
Родители Элана и Афалии так же не были замечены в компании двух странных созданий, общаясь на публике после выхода из погружения только со своими «нормальными» детьми.
Проще говоря, все всё знали и понимали, но понимание и возможность доказать – не одно и то же, и Осокин вынужден был признать, что кицунэ прекрасно воспользовались этой особенность юридической сферы, и развели их как мальчиков. Вот шеф и взбесился!
Из кабинета выскочили красные от нервной встряски юристы, и стремительно ретировались, практически сбежали вниз по лестнице, провожаемые едкими фразами Сухомлинова:
– Профессионалы…, – дальше последовала совершенно непечатная тирада, смысл которой был примерно в том, что даже школьник мог бы разобраться в замыслах эволэков лучше, чем они, взрослые люди с высшим образованием.
Но злость главы финансово-экономической империи уже пошла на спад, Осокин много раз видел подобные сцены, и давно научился видеть границу, после которой к хозяину уже можно покатить с вопросами и предложениями. Вежливо постучав, он показался в проёме:
– Можно?
– Заходи, – резко, но без грубостей, пригласил шеф.
Руководитель службы безопасности, без намёка на трусость перед лицом ярости своего работодателя, тут же отрезал:
– Василий Алексеевич, Вам и Вашим сыновьям нужно сейчас же покинуть Москву.
Сухомлинов откинулся в кожаное кресло, утирая платком пот с лица и шеи (разнос стоил немалых нервов), задумался, сознавая правоту своего телохранителя, понимая его настойчивость.
– Сегодня ночью они будут здесь, – продолжил Александр, – Это прекрасно понимаете и Вы, и я. Они именно за этим сюда и прилетели.
Теоритически, высокое, в сотню этажей, здание из стекла и бетона, целиком принадлежащее дельцу, было настоящей крепостью – попасть сюда непросто, ещё сложнее выйти наружу, особенно при принятии повышенных мер безопасности, а механизм, запечатывающий все входы и выходы, уже запущен. На охрану объекта № 1 согнали всех, кто только мог держать оружие в руках, наняли даже проверенных людей со стороны, собрали даже десяток боевых киборгов, расставив их на первом этаже, но…
– Как они могут проникнуть внутрь? – Уже без скептической усмешки, второе подряд поражение пошло на пользу, спросил глава семьи.
Осокин не за красивые глазки получил, и сумел много лет удержаться, на столь ответственном посту. В его молодости были такие перипетии, что даже хозяин не верил многим историям, большую часть которых, естественно, услышал не от самого Александра, а от знающих его людей.
– Честно говоря, шеф, не представляю, и именно это меня беспокоит…
* * *
Уже спустилась ночь, но никто не может уснуть, ни отправляющиеся на смертельно опасную встречу кицунэ, ни их товарищи. Отель, с притушенным освещением и не думал замирать – по коридорам сновали раздёрганные от переживаний эволэки, стараясь хоть как-то отвлечься от дурных мыслей.
На крыше, прямо на вертолётной площадке, заканчивали приготовления Лис с Лисичкой, и два крылатых создания. Лесавесима и Хилья постоянно с тревогой озирались, и беспокоили их собственные тела – хоть и прошла линька, и молодое оперение, да ещё и зафиксированное для надёжности лаком, не должно подвести, но всё равно любое упавшее, и найденное потом сыщиками пёрышко, и…
Лис и Лисичка так же готовились самым тщательным образом. Только космонавты с такой дотошностью проверяют снаряжение: уже, наверное, в десятый раз они не спеша обследовали друг друга снизу доверху, зачитывая по бумажке всё, что только могло подвести их, сломать тщательно обдуманный план.
– Молния нижняя, – читала Шакко.
– Застёгнута, – Куко провёл пальцами по шву, проверив, правильно ли тот сомкнулся.
– Ну, всё, – пламневласая красавица, не похожая сама на себя (причёска спрятана под шлем) отдала листок Диолее.
– Удачи, – староста обняла всех храбрецов, и исчезла за дверью.
На минуту четверо отчаянных сорвиголов замерли, глядя в чистое звёздное небо, а потом сверху вниз на широкую гладь подсвеченного огнями бассейна, где в столь поздний час оказалось немало их подруг и друзей. Хоть и запретили старосты вообще показываться на последнем этаже отеля, и уже тем более на крыше, но все ибисовцы прекрасно знали, откуда именно и на каком «транспорте» отправятся на задание два смельчака.
– Держи, – Лис подал своей ненаглядной чашку горячего чая, – выпей на дорожку.
Та автоматически приняла угощение, и, уже немного трясясь от возбуждения, сделала пару глотков.
– Очень необычный вкус! – Похвалила Шакко, – Что это?
– Это настоящий индийский чай, собранный на высокогорных плантациях, – соврал, не краснея, Куко.
