— Понимаешь… — начал не то чтобы неохотно, но тщательно подбирая слова, — для тебя он отец, ты смотришь на него изнутри — глазами дочери. А для меня он – система, состоящая из определенных черт, свойств, качеств характера, принципов и жизненного опыта. Эта машина, которая формирует, держит… руководит целой социальной прослойкой и не одной — от низшего звена до высшего; от подчиненных, исполнителей, до авторитетов, политиков. Сергей Владимирович Монахов — это устойчивая внутренняя система, со своими законами и механизмами взаимодействия. Представь этот масштаб. Каких уступок ты от него хочешь? — Теперь Юля задумалась, не спеша отвечать. — А ты его нутро, — добавил Денис. — Ты семья. Он тебя бережет. И я, точно так же, как и он, берегу свое нутро – свою семью.
— А я к чему отношусь — в твоем случае? — тихо спросила, почти шепотом. И дыхание затаила для самой себя незаметно.
Денис пригнулся к ней и сказал на ухо вполголоса, будто боялся, что кто-то еще услышит:
— Ты мое сердце, тебя я берегу особенно.
Юлька замолчала, заливаясь румянцем удовольствия. Всего минута – богатая на чувства и бедная на слова. Мгновенье – от ощущения его губ на чувствительном месте за ухом и собственным вздохом.
— Кстати, о семье, — вспомнила Юля. — Слушай, мы как раз вернемся к Таниному дню рождения. Давай ей какой-нибудь сюрприз устроим.
— Танюхе-то? Устроим… обязательно устроим.
— Например, ужин в ресторане. Соберем большую компанию. Лёньку, Стаса, Вадьку…
— Не забывай про нашу «мелочь». Надо организовать настоящий сюрприз, чтобы порадовать и маму, и ее любимое чадо.
— Тогда у Катюхи в ресторане наберем еды, а потом завалим к Таньке с шариками и мягкими игрушками. Торт я заранее закажу.
— Вот именно. Иди надевай свою длинную юбку. Вон ту оранжевую. Пойдем прогуляемся, поужинаем.
— И белую майку.
— И белую майку. И губы накрась оранжевой помадой. У тебя есть такая.
— Этот цвет называется морковный.
— Какая разница?
— Разница огромная. А ты надень белые штаны.
— В белых штанах только по Рио-де-Жанейро.
— Почему только по Рио?
— Мечта у меня, как у Остапа Бендера. В белых штанах по Рио-де-Жанейро.
— Хорошая у тебя мечта. А главное — сбыточная. А после ужина что?
— А после ужина мы будем тратить лишние калории.
— Будем наматывать круги по бассейну? — невинно поинтересовалась.
— Можно и в бассейне… секса в бассейне у меня еще не было.
— Тогда зачем помада? Ты же не любишь целоваться с помадой.
— А это еще одна моя сбыточная мечта, — усмехнулся, переворачивая Юлю на спину. — Мы не будем целоваться. Ты будешь меня целовать, хочу быть весь в помаде.
— О, да! — засмеялась Юля, догадавшись, на какие эротичные ласки он намекает. — Чтобы эта мечта сбылась, тебе даже белые штаны надевать не надо. Вообще никаких не надо… — Через тонкую ткань Денис слегка прикусил ее грудь. — Кажется, накрылся наш ужин…
— Рестораны работают всю ночь…
Ее рубашка полетела на пол.
ГЛАВА 46
— Кто там? — настороженно спросила Таня, посмотрев в глазок. Кто за дверью, не разобрала. Почему-то свет на площадке не горел, хотя вчера сама лично вкрутила новую лампочку.
— Это у вас велосипеды за мальчиков дают?
Услышав Юлин голос, Таня тут же открыла дверь, выражая свою бурную радость придушенным писком. Кстати говоря, на площадке было светло. Просто кто-то предупредительно прикрыл глазок, чтобы запутать именинницу. Это точно была не Юля: ее руки заняты огромным тортом.
— Я уже думала: меня так никто и не поздра-а-в-и-т! — Татьяна распахнула дверь и посторонилась, впуская в квартиру большую шумную компанию.
— Обижаешь сестра, — сказал Денис, — держи. А то я как Винни-Пух чуть к тучкам не улетел, — вручил Тане связку цветных воздушных шаров. — Поздравляю с днем рождения, желаю счастья в личной жизни!.. Это если коротко, все дифирамбы позже.
— А сказал, что праздновать будем в выходной, что все вы жуть как заняты. — Таня обняла брата и прижалась к нему крепко-крепко. Не могла отпустить его некоторое время: нужно было совладать с собой, потому что слезы уже подступили, затуманив взор. Денис стиснул сестру сильнее. Успел заметить влажный блеск в ее глазах. Тане, чтобы расчувствоваться до слез, много не надо…
— Фух, — молодая женщина наконец выдохнула и оторвалась от мужской груди.
— А мы тебя специально запутали, — ухмыльнулся Вадим, сгружая на именинницу цветы, мягкие игрушки и коробки в блестящей обертке.
— Ты бы знала, как я себя сдерживала целый день, чтобы не позвонить тебе и не проболтаться! — Юля сбросила туфли и поспешила на кухню, чтобы освободиться от тяжелого торта.
— Ничего себе сюрприз! — воскликнула Таня и суетливо забегала по квартире в поисках большой вазы. Такой большой, чтобы вместить все подаренные розы, естественно, не нашлось. Поставила в гостиной один букет, для других набрала воду в ванну.
— Сестра, хорош голосить! — крикнул Денис. — Приняла подарки — теперь раздавай поцелуи. Малявочка, а ну-ка иди сюда, — позвал Настю. Она несмело выглядывала из-за двери в детскую, но услышав его, выскочила из комнаты и бросилась в объятия любящего дядюшки.
