Дастиан остался рядом с Таней и теперь опускается рядом с ней на колени.
Её крик разрывает мне сердце.
— Уходи, Дастиан! Ты не можешь остаться!
Его ответ твёрд и решителен.
— Я не оставлю тебя.
Она кричит на него, и по её лицу внезапно текут слёзы.
— Отвали от меня, Дастиан! Я монстр, чёрт возьми. Я не принадлежу тебе. И никогда не буду принадлежать. А теперь уходи!
Он вздрагивает, пятится от неё, поджимая губы, но черты его лица внезапно смягчаются.
Черт, он слишком умен, чтобы поверить ей.
Он снова наклоняется к ней, на секунду прижимаясь лбом к её лбу, и она замирает, слёзы текут по её подбородку. Он бормочет что-то, чего я не слышу, прежде чем отступает, поворачивается, сбрасывает с себя одежду и перебегает на бегу. Расправив крылья, он взмывает в воздух и исчезает через несколько секунд.
Рун молчал, позволяя мне наблюдать за моими друзьями, но теперь его рука обвивается вокруг моей спины, сдавливая мою грудь, когда он притягивает меня к себе.
— Сдавайся, сестрёнка. У тебя ничего не осталось. Теперь незачем жить.
Мои когти снова заостряются, а глаза горят, когда я борюсь с растущей во мне безнадежностью.
Ух ты! Ещё одно тело врезается в меня, и руки Романа смыкаются вокруг меня. Я замечаю бурю в его глазах, прежде чем он отрывает меня от земли и уносит прочь от Руна.
Холодная повязка скользит по моей руке.
Застёжка.
— Иди к своим сёстрам. Собери оружие. Это единственный способ снять проклятие, — говорит он, прежде чем поставить меня на ноги и повернуться к Руну, который встречает его рёвом, и двое мужчин врезаются друг в друга с глухим стуком, от которого у меня мурашки бегут по спине.
Я уже бегу, моё сердце бешено колотится. Я резко останавливаюсь и падаю на колени перед Малией и Таней. Мои прекрасные, сильные сёстры.
Я сжимаю колено Малии дрожащей рукой, не решаясь помешать ей держать камень.
— Есть ли какой-нибудь способ создать вокруг камня железный щит, чтобы его свет был направлен в другую сторону от нас?
Она качает головой.
— Я уже думала об этом, но даже если я создам щит с одной стороны камня, мне всё равно придётся держать его с другой, а это значит, что я буду подвержена воздействию его света. Любое железное покрытие, которое защитит меня, должно пройти между моими пальцами и камнем. Но даже в этом случае у нас нет гарантии, что железо остановит его лучи.
— Тогда у нас теперь есть только один путь, — говорю я.
Глаза моих сестёр блестят, когда они смотрят на меня в ответ.
— Мы будем защищать друг друга, — говорит Таня. — Как и всегда.
Их доверие ко мне убивает меня. Стиснув зубы, я снимаю застёжку со своей руки и надеваю её на коготь, который находится в руках Тани. Воздух потрескивает, когда две части, кажется, оживают, руны на поверхности застёжки слабо светятся.
Не говоря ни слова, Малия протягивает руки, всё ещё сжимая камень, и кладет его поверх застёжки. Её руки дрожат, и я обхватываю их своими, крепко держа её, чтобы она не выпустила камень до того, как кусочки соединятся.
— Фрагменты хотят соединиться, — говорит Малия. — Будьте готовы.
Дюйм за дюймом, осторожно, она сдвигает пальцы, чтобы обнажить основание камня.
— Вы мои сёстры, и я люблю вас, — говорит Малия нам обеим, её глаза блестят от слёз.
— В ад и обратно, — шепчу я.
Она прикасается к камню, чтобы застегнуть застёжку, и вокруг нас вспыхивает свет.
Глава 40
Я теряю ощущение времени и пространства, когда интенсивный, ослепляющий свет заполняет моё сознание, неумолимо увлекая меня вниз. Я пытаюсь держаться за Малию и Таню так крепко, как только могу, но их отрывает от меня, и у меня вырывается крик, когда я больше не чувствую их присутствия.
Через несколько секунд я ощущаю, как поверхность поднимается мне навстречу, и легко приземляюсь на неё, с удивлением обнаруживая, что уже стою прямо, как будто просто вышла на свет.
Я резко открываю глаза и обнаруживаю, что всё вокруг меня цвета нетронутого снега, такого неизменно белого, что на мгновение я начинаю бояться, что каким-то образом попала в ловушку света от оружия и не смогла из неё выбраться…
— Нова, — Таня кашляет в нескольких футах от меня. Её фигура появляется в поле зрения медленно, как будто волна тумана отступает, открывая её стоящую на коленях. Она поднимается, сначала неуверенно, а затем всё быстрее, по мере того как к ней, кажется, возвращаются силы. Вытирая со щек последние следы слёз, она приподнимает подбородок, снова пряча свои чувства. — Ты в порядке?
Я решительно киваю ей.
— А ты?
Она не успевает ответить, как туман справа от меня рассеивается, и я вижу Малию, стоящую в нескольких футах от Тани. Моё сердце замирает, когда я нигде не вижу оружия — боюсь, что проклятие всё ещё действует, несмотря на то что обещал Роман, — но ни одна из моих сестёр, похоже, не пострадала.
— Проклятие снято, — говорит Малия, убирая с лица выбившиеся пряди волос. — Я потеряла оружие во время взрыва, но почувствовала, что проклятие снято ещё до того, как мы приземлились. Должно быть, свет ангелов пробился сквозь тёмную магию.
