Говорят, что требовалось единство аппарата. Но откуда исходили эти уверения? Не от того ли самого российского аппарата, который… заимствован нами от царизма… мы называем своим аппарат, который на самом деле насквозь еще чужд нам и представляет из себя буржуазную и царскую мешанину, переделать которую в пять лет при отсутствии помощи от других стран и при преобладании «занятий» военных и борьбы с голодом не было никакой возможности»[48].
Говорят, продолжал В. И. Ленин, что выделили наркоматы, касающиеся непосредственно национальной психологии, национального просвещения. Но тут является вопрос, можно ли выделить эти наркоматы полностью, и второй вопрос, приняты ли с достаточной заботливостью меры, чтобы действительно защитить инородцев от нарушения их прав. По мнению Ленина, эти меры не были приняты: «Я думаю, что тут сыграли роковую роль торопливость и администраторское увлечение Сталина, а также его озлобление против пресловутого „социал-национализма“. Озлобление вообще играет в политике обычно самую худую роль»[49],
В борьбе с великорусским шовинизмом Ленин обращался за помощью не только к Каменеву. Незадолго до XII съезда партии 5 марта 1923 года он направил письмо Троцкому, прося того взять под защиту «грузинское дело». На важность этой проблемы указывает то, что в связи с «грузинским конфликтом» Ленин в «Письме к съезду» внес предложение сместить Сталина с поста Генерального секретаря. Однако намерение Ленина обсудить этот вопрос на очередном, XII съезде партии в апреле 1923 года не осуществилось. Наряду с Троцким Каменев и Зиновьев, исходя из тактических соображений и своих личных мотивов в борьбе за власть, в конце концов не включили в повестку дня съезда обсуждение «грузинского конфликта». На съезде не был поднят вопрос о привлечении Сталина к ответственности. Несмотря на то что на съезде не прозвучала критика ошибок Сталина и он не был перемещен с поста Генсека, Сталин все-таки был вынужден на данном этапе развития Советского Союза, по крайней мере на словах, признать главной опасностью великорусский шовинизм, а не национализм малых наций.
В конце концов в борьбе идеи федерации против бюрократического централизма и «автономизации» победила, по крайней мере, формально, точка зрения Ленина. На открывшемся 30 декабря 1922 года в Большом театре в Москве I Всесоюзном съезде Советов РСФСР, Украинская ССР, Белорусская ССР и Закавказская федерация образовали Союз Советских Социалистических Республик.
Следует сказать, что Сталин, принимавший участие в разработке резолюции XII партсъезда по национальному вопросу в качестве Генерального секретаря ЦК, сыграл большую роль в решений этого чрезвычайно важного вопроса. Резолюция XII съезда указывала, что создание федерации не означает окончательного решения национального вопроса. Более того, в преодолении исторического наследия самое важное место отводилось борьбе против великорусского шовинизма, который оказывает сильное влияние на местные Советы, где великорусская бюрократия использует его для защиты своих позиций.
Согласно резолюции, «Союз Республик расценивается значительной частью советских чиновников в центре и на местах не как союз равноправных государственных единиц, призванный обеспечить свободное развитие национальных республик, а как шаг к ликвидации этих республик, как начало образования так называемого „единого-неделимого“… Осуждая такое понимание как антипролетарское и реакционное и провозглашая абсолютную необходимость существования и дальнейшего развития национальных республик, съезд призывает членов партии зорко следить за тем, чтобы объединение республик и слияние комиссариатов не было использовано шовинистически настроенными советскими чиновниками как прикрытие их попыток игнорировать хозяйственные и культурные нужды национальных республик».
