За два-три года до войны неожиданно произошло ухудшение положения в некоторых ключевых отраслях экономики, имевших большое военное значение. Глубинные причины этого явления еще не определены, однако вполне вероятно, что снижение объемов производства следует объяснять влиянием репрессий, обрушившихся на управленческие кадры высшего и среднего звена в промышленности. В 1939 году ухудшились показатели черной металлургии, произошло сокращение производства стали. Производство автомобилей в 1940 году уменьшилось на 50 тысяч штук но сравнению с уровнем, который был достигнут три года тому назад, выпуск тракторов в это же время уменьшился на 30 тысяч штук.
Судя по общим экономическим показателям, тяжелая промышленность только в 1941 году начала поправлять положение в сравнении с предшествующими годами.
За 10 лет до начала войны военные расходы постепенно увеличивались. Если в 1930 году они составляли около 5 процентов бюджета, то в 1941 году превысили 40 процентов. Но важен был не сам по себе количественный рост. Гораздо важнее было то, как используются средства, направляемые в военную промышленность, служат ли растущие расходы целям ее эффективного развития. Отнюдь не простым был и вопрос о том, способны ли командные кадры вооруженных сил оправдать реальными результатами заметное расширение материальной поддержки армии.
Что касается первого вопроса, то Советский Союз к началу 40-х годов заметно отстал в деле использования новейшей военной техники. Военно-воздушные силы развивались односторонне. Правда, количественные показатели были убедительными, но запаздывало серийное производство новейших типов самолетов. То же происходило в танкостроении и производстве артиллерийских систем. Освоение многих новых видов вооружений, (орудий, минометов, автоматического стрелкового оружия) или откладывалось, или начиналось с опозданием. Так, в июне 1941 года даже в приграничных округах 70 — 80 процентов самолетов, 50 процентов танков были устарелыми.
Авторы различных, воспоминаний единодушно утверждают, что освоение новых видов оружия или снятие с производства старых ни в одном случае не могло произойти без личного разрешения Сталина. А он иногда не имел необходимых для этого профессиональных знаний. В мемуарах тогдашнего наркома вооружений Б. Л. Ванникова приводится характерный случай, касающийся производства танков: «К концу моих объяснений в кабинет вошел А. А. Жданов. Сталин обратился к нему и сказал: „Вот Ванников не хочет делать 107-миллиметровые пушки для ваших ленинградских танков. А эти пушки очень хорошие, я знаю их по гражданской войне…“ Сталин говорил о полевой пушке времен первой мировой войны; она, кроме калибра по диаметру, ничего общего не могла иметь с пушкой, которую нужно было создать для современных танков и для современных условий боя. Вскользь брошенная Сталиным реплика обычно решала исход дела. Так получилось и на этот раз».