Как гласит древняя восточная мудрость, человек жалуется, что в мире темно, не понимая, что сидит в собственной тени. АКСовцы ненавидели или, по крайней мере, презирали поколение либералов, старофиннов и центристов, а СОЛовцы демонизировали радикализм времен молодости своих отцов и не понимали, по какому пути они сами идут.
Когда теперь молодое поколение критикует действия своих родителей, ему следовало бы все время помнить о том, что, возможно, и оно однажды подвергнется осуждению точно также, как судило само.
В этом столетии еще ни одно поколение не могло предвидеть, что ждет его в старости. Во многих, даже очень важных вопросах невозможно было заглянуть вперед хотя бы на десять лет.
Те, кто кричали «ура!», когда началась Первая мировая война, не понимали, что делают. Те, кто убивали кулаков, казнили красных или бомбили мирные города, верили, что способствуют достижению счастья как для своей страны, так и для всего человечества. Немцы и японцы считали в свое время, что для успеха нации необходимо захватить территории у других народов. Русские верили, что осчастливят всю Восточную Европу, подчинив ее своей власти.
После войны финны считали, что их родина навсегда останется аграрной страной, теперь же они видят ее в первых рядах информативных обществ. Еще недавно финны приходили в ужас от мысли, что иностранцы станут приобретать финские предприятия, теперь они этому радуются. До недавнего времени кейнсианская экономическая политика считалась единственно правильной, и взгляды Рюти и Паасикиви 1930-х гг. были предметом насмешек. Сегодня они были бы последним криком моды.
Во времена «финляндизации» «законные интересы безопасности» СССР были той абсолютной точкой отсчета, которую финны не могли изменить, но к которой они должны были приспособиться. Тогда это даже не подлежало обсуждению, это было так же бессмысленно, как критиковать камень за то, что он твердый, а воду за то, что она мокрая.
Еще и сегодня существуют такие великие вещи, которые невозможно подвергнуть сомнению. Один из лучших исследователей сталинского периода Михаил Геллер увидел явное соответствие между сталинистской и нынешней американской «политической корректностью». В обоих случаях запрещается думать на том основании, что это может навредить интересам дела. Приспосабливаться к этим запретам является разумным с точки зрения тех, кто заботится о своей карьере, но когда интеллигенция добровольно отказывается от возможности мыслить, она перестает выполнять свои обязанности и заслуживает какого-то другого названия.
Согласно известному изречению, людей следует прощать, ибо они не ведают, что творят. Эта мысль одной очень известной жертвы несправедливости и насилия была благородной, так как была адресована вершителям насилия. Но для подобной позиции существуют и эгоистические причины. Думаю, что нам всегда следует помнить, что мы — как финны, или как представители своего поколения, или как представители своего пола, или как члены какой-либо другой группы — не имеем никаких оснований для того, чтобы считать себя лучше или умнее других.
Когда мы изучаем события прошлого, которые часто кажутся нам странными или смешными и которые такими и являются, не стоит воспринимать их слишком поспешно. Когда мы высказываем свое отношение к прошлому, следует помнить, по крайней мере, то, что мы все еще живем в истории — постоянно. De te fabula narratur…92
