Сторонники Троцкого были регулярными жертвами покушений и заказных убийств, где бы они ни действовали. Сотни их были убиты другими коммунистами или агентами НКВД во время их участия в гражданской войне в Испании на стороне республиканцев. Обезглавленный труп одного из бывших секретарей Троцкого, Рудольфа Клемента, был обнаружен в реке Сене в 1937 году; в сентябре того же года Игнатия Рейсса, советского дипломата в Париже и знакомого Льва Седова, заманили в ресторан в Лозанне и, когда он попытался бежать, забили до бессознательного состояния, а его тело изрешетили пулями93. Жизнь самого Троцкого постоянно висела на волоске. Непрерывно выдвигались тщательно разработанные планы его убийства в его мексиканском убежище. После неудавшегося вооруженного нападения убийца-одиночка Рамон Меркадер, фанатичный испанский сталинист, участник междоусобиц в годы гражданской войны, притворившись местным марксистским журналистом, получил постоянный доступ в дом Троцкого. Прибыв одним жарким солнечным днем в августе 1940 года в дом Троцкого, одетый в толстый плащ и в шляпе, он поверг на пол всегда подозрительного Троцкого ударом небольшого ледоруба. Троцкий скончался от раны на следующий день, став жертвой террора, который он непрестанно отстаивал94. Зарубежная оппозиция никогда не предоставляла убежища противникам сталинской диктатуры. Преодолеть советские секретные службы политическим активистам было просто не под силу, но главной проблемой, с которой сталкивались Троцкий и его союзники, так же как и германские изгнанники, было отсутствие какого-либо безопасного публичного политического пространства внутри Советского Союза. Целенаправленная демонизация и поношение троцкизма сталинским режимом в 1930-х годах фактически блокировали возможность широкого общественного резонанса, связанного с нападками Троцкого на Сталина.
Самую непосредственную угрозу советской системе в годы сталинской диктатуры представляли советские пленники, взятые немцами во время войны, которые, как и Лига немецких офицеров, оказались объектом манипуляций тех, кто их захватил, с целью подрыва политической воли своих врагов. В результате возникли по крайней мере три движения, номинально ставящие цель свержения советского коммунизма. Два их них были основаны в 1941 году после вторжения Германии. Русскую национальную армию освобождения возглавлял бывший советский инженер Бронислав Каминский, чья «армия» была известна своими зверствами и жестокими преступлениями во время ее дикой борьбы против разрозненных остатков Красной Армии и советских партизан; Русская национальная народная армия была сформирована русскими эмигрантами, которым покровительствовали немецкие оккупанты, в районе Смоленска, но была распущена в 1943 году95. Каминского СС использовало для выполнения тех заданий, при которых варварство и жадность его последователей были востребованы. Вместе с тем, когда его бригада была привлечена для подавления Варшавского восстания в августе 1944 года в виду устроенной ими кровавой бойни и неописуемых зверств, Гиммлер приказал расстрелять его, а его последователей отправить в состав русских сил, условно организованных в качестве неофициальной Русской освободительной армии под руководством бывшего советского генерала Андрея Власова. Эта армия никогда не существовала в форме организации, признанной германскими властями; это название было использовано для описания разнообразного сообщества антибольшевитских сил, грабителей и протофашистов, использованных германской армией для пропаганды своей «освободительной миссии» с целью ослабления духа Красной Армии. Власов в первом письме, сброшенном с самолета над советской линией фронта, призывал солдат вступить в борьбу против «всеми ненавистной сталинской системы»; на этот призыв откликнулись несколько тысяч человек96.
