Однако даже этого преимущества было бы недостаточно, без принципиальных изменений в организации операций и развертывания современного вооружения Красной Армией победа была невозможна. Именно в этой сфере произошли колоссальные изменения, тем более невероятные, что они совершались на фоне непрерывной череды поражений и экстренных мер. Советский Генеральный штаб вознамерился в 1942 году выучить уроки предыдущих поражений. Было признано, что принципиальная слабость заключается в недостаточно эффективном контролировании за районом боевых действий. Существенный прогресс был достигнут в управлении широкомасштабными операциями. Централизация управления боевыми действиями была императивом, наряду с эффективной концентрацией усилий всех частей. Это означало, что необходимо полностью реформировать структуру частей и соединений армии. Были сформированы мощные, хорошо вооруженные моторизованные танковые армии, которые во многом копировали германские панцер-армии. Это были мобильные автономные системы, с собственным мото и пехотными подразделениями, тяжелой артиллерией, противотанковыми орудиями и бронетехникой. Они составляли острие всех наступлений, за ними следовали легковооруженные стрелковые дивизии, которые должны были прочесывать и удерживать местность133. Военно-воздушные силы в 1941 году были размещены вдоль всего фронта и прикреплены к конкретным армиям, они строились не по принципу координации действий. Под руководством молодого генерала авиации Александра Новикова, отличившегося при обороне Ленинграда, была осуществлена централизация военно-воздушных сил Красной Армии, теперь ее самолеты были сконцентрированы для использования в критических точках сражения, и действиями их в целом управляли из штабных центров, расположенных позади линии фронта134. Ключевым компонентом в реформе стала радиосвязь, которая была примитивной либо, а в некоторых случаях, до 1942 года не существовала вовсе. Ни танки, ни самолеты не были в обычном порядке приспособлены к радио, и не использовали его для связи с командованием сражения. По договору ленд-лиза Советский Союз получил 35 089 радиостанций, 380 000 полевых телефонов, 5900 радиоприемников и почти один миллион миль телефонных кабелей135. Эти поставки революционизировали боевые характеристики сражений. Действия танковых армий и авиации теперь можно было контролировать через двустороннюю радиосвязь. Огромные усилия были предприняты для обеспечения ее надежной защиты, в отличие от практики 1941 года, когда сообщения часто передавались не закодированными, так что они были доступны немецкой радиоразведке и службе перехвата. На советской стороне, разработка контрмер радиоборьбы достигла очень высокого уровня, блокировался немецкий радиообмен и передавались ложные сообщения136.
Советская тактика боевых действий также серьезно продвинулась, хотя спешная подготовка и низкое качество офицерского состава иногда сводили на нет в бою эти достижения. Гюнтер Кошоррек, который теперь сражался на подступах к Сталинграду, видел перед собой огромную группу советской пехоты, окруженной в небольшой впадине на земле. Их офицер пронзительным гортанным криком заставлял своих людей бежать вперед через поле, находившееся под пулеметным огнем, с ужасающими и бессмысленными потерями, пока все они не погибли, агонизируя в пламени немецкого огнемета137. Но в общем советскую пехоту больше не бросали вперед большими группами, которые косил огонь укрепленных немецких пулеметных точек, вместо этого пехотинцы теперь продвигались под прикрытием танков, артиллерии и ракетного огня. Советские войска стали мастерами маскировки и введения противника в заблуждение, передвигаясь с исключительной скрытностью и в полной тишине.
Сражению, приведшему к окружению немцев в Сталинграде в ноябре 1942 года, операции «Уран», предшествовало массивное наращивание сил Красной Армии, которое прошло почти незамеченным немецкой разведкой. Для крупнейшего сражения войны на востоке, операции «Багратион», начавшейся в июне 1944 года против немецкой группы армий «Центр», Красная Армия собрала 5000 самолетов, 5200 танков и 2,4 миллиона человек и переместила на места боев 300 000 тонн нефти и один миллион тонн материально-технических средств, и тем не менее, застала противника врасплох. Глава германской военной разведки на востоке полковник Рейнхард Гелен рекомендовал командованию группы армий «ожидать спокойного лета»138. Значительно усовершенствовали свою работу и советские секретные службы. Используя тактику агрессивной разведки, внедрения и шпионажа, а также радиоперехваты и дешифровку, советские войска получили к 1943 году гораздо лучшее представление о враге, с которым они сражались. Пропасть между противниками в эффективности ведения войны в 1941 году была ошеломительной, но советские войска максимально использовали все свои специфические способности, чтобы сократить через два года разрыв до приемлемого уровня.
