А в это время наша кафедра фольклора устроила для филологического факультета встречу с Марфой Семеновной Крюковой. Что было даже важным событием. Ее ввели в нашу аудиторию, где плотно сбилось множество студентов, которые во все глаза смотрели на ее платочек, завязанный под шеей углами, и, мне кажется, сарафан. Стала читать бесконечную былину, вероятно, эту самую. Тоска и скука — вот главные воспоминания. Впечатление нестерпимой фальши было у меня таким сильным, что с того дня я и ногой не ступила на завод "Красный богатырь", хотя там были очень симпатичные и хорошо относящиеся ко мне женщины. Конечно, все это в те годы был процесс скорее подсознательный, эмоциональный... А Марфа Крюкова выступала у нас тогда долго, да, я запомнила ее с институтских лет.
Возвратимся снова к былине. Итак, Белое море взволновалося и могучие плечи сшевелилися, а Иосиф-свет призамыслился... Чувствуете, как Сталин рвет привычные, традиционные былинные формы? Несоединимые части слов и глагольных форм, которые кажутся малограмотными, чего никогда не было в настоящем народном творчестве. Высшей формы пародии достигает это песнопение в нелепом соединении застывших фольклорных штампов с застывшими штампами истории КПСС: "...что собрать надо крепку партию, крепку партию большевистскую..." Усеченно народные прилагательные в этом ряду особенно принижены и даже жалки.
... А Иосиф-свет движется по страницам былины и бьется за народ, не жалея сил. А когда однажды ночью крепко спал Иосиф-свет, то подкрались к нему лиходеи царя да связали ему руки белые... Они провели его через строй солдат, но не дрогнул тут Иосиф-свет! Черны кудри его не стряхнулися, очи ясные его не помутилися, он смотрел вперед с улыбкой. Они задумали Иосифа-свет погубить. В темницу темную, в тундру холодную... "Они хотели Иосифа-свет огнем сожгать, они хотели Иосифа-свет водой залить", хотели злым зверям его отдать... Но планы всех лиходеев царя рухнули. Ничего они не добились, потому что где Иосиф-свет пройдет — там ведь ключ пробьет, ключ пробьет, трава растет, трава растет, цветы цветут...
Я пытаюсь, как догадался, вероятно, читатель, совершить собственный спрессованный пробег по былине, не отрываясь от ее текста... Значит, потом снова ясна-зорюшка занимала с я и сходились опять Ленин-свет и его верный Сталин-друг. Они создали уже крепку партию и прогнали царя-изменника, вместе сделали заседаньице и освободили трудовой народ. Но звери накинулись и стали бить-обижать трудовой народ. Тут Сталин-свет стал рубить врагов, силу белую. Он рубил и бил не день и не два. Те остались жить, кто успел сбежать. Очистил он землю и освободил народ... Умер малозагруженный Ленин... и начал мудрый вождь украшать страну, перестроил все ново-заново. Колхозы крепкие, сады фруктовые, песни веселые, а города устроил дивные... И убранство в домах все пречудное, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Краше всех Москва, а в Москве краше всего — стена кремлевская. И с той башни в платье-то военном всё, в руках с трубочкой подзорною, со улыбочкой веселою глядит-правит страной заботливо превеликий вождь, предобрый отец славный, мудрый Сталин-свет. А про Сталина-свет дела славные, про его доброту превеликую ни прочесть будет, ни описать всего. Но слава Сталину будет вечная!
В этом последнем уверены анонимные составители сборника. А Сталину приятно думать, что народ запечатлел его доброту превеликую, его кудри черные, его руки белые, его трубочку подзорную... Да, варварское разрушение привычных, фольклорных, народных образов русской былины, брошенной под сапоги Сталину! Единственная правдивая фраза про Сталина в этом сочинении — ни в сказке сказать, ни пером описать. Что правда, то правда. И я снова хочу повторить свои слова: на каком интеллектуальном уровне должен находиться человек, чтобы стать русским богатырем, чтобы дойти до этого в представлении о своей личности. Чтобы допустить... И купаться в этом море пошлой и грубой фальсификации, псевдонародной стилизации распада и гибели жанра и форм.
Что и говорить — потешили Сталина. Естественно, что Марфа Крюкова была в те годы важной персоной в государстве и ее неслучайно торжественно привели к нам в институт на встречу со студентами. В сборнике есть еще одно ее сочинение "Каменн& Москва вся проплакала". Про смерть Ленина: "Очи ясные призакрытые, уста сахарные призамолкнули..." Все на том же уровне, хотя тут есть правдивые факты, в отличие от былины о Сталине, потому что Ленин ведь и на самом деле умер.
