Это течение получило название «циммервальдовской левой». Именно от него и начался III Интернационал, более известный как Коминтерн. «Левые» выступили за поражение каждый «своего» правительства в империалистической войне. Все воевавшие страны оценили это сборище резко отрицательно. В странах Антанты его сочли прогерманским, его противники, соответственно – проантантовским.
Казалось бы – вот повод Ленину и Троцкому помириться. Так нет. Ильич обвинил Троцкого в неискренности.
Тем временем у Троцкого начались проблемы. Его выслали из Франции, обвинив в прогерманских симпатиях. Властям Испании, где он обосновался после высылки, Лев Давидович тоже был не нужен. В общем, в Старом Свете места Троцкому уже не находилось.
24 ноября 1916 года Лев Давидович из Барселоны двинул в Северо-Американские Соединенные Штаты (САСШ, так тогда называлась страна). Причем судя по многим свидетельствам, он ехал туда не во временную эмиграцию, а собирался осесть в САСШ всерьез и надолго. К этому времени Троцкий вполне представлял растущую мощь САСШ – все-таки он вырос в семье крупного коммерсанта-экспортера и, приезжая из училища на каникулы, помогал отцу в делах. Так что Лев Давидович имел кое-какое представление о мировой торговле. Вот он и полагал, что едет в страну будущего, – и, так сказать, отряхивал прах «старушки Европы» со своих ног. О России и говорить нечего.
Ехал туда Троцкий совсем не на пустое место. По крайней мере, он очень быстро натурализовался. Хотя в десятых годах ХХ века иммигрантов встречали в САСШ совсем не с распростертыми объятиями. Нет, сегодняшних строгостей не существовало, но приезжим приходилось претерпеть множество мытарств, пока они обретали гражданство. А вот Троцкий проскочил очень легко.
«После приезда в Нью-Йорк Троцкому и членам его семьи не повесили на шеи бирки и не направили под душ, а полицейские чиновники не стали придумывать им новые американские фамилии[17]. Человек, который был признан политически опасным субъектом во Франции и Испании, был быстро допущен со своей семьей в самый большой город США и в считанные часы был удобно размещен и обеспечен интересной работой, удовлетворявшей материальные потребности всей его семьи. Вскоре он получил американский паспорт. В отличие от многих соплеменников, о Троцком было кому позаботиться».
А кто о нем позаботился? Уж точно не местные товарищи по борьбе за светлое будущее. Американским социалистам на Европу было, по большому счету, наплевать. Как и большинство американцев, их волновали лишь собственные проблемы. Наиболее вероятна версия, что подсуетился Давид Бронштейн, используя свои связи в коммерческих кругах.
Вообще-то особых усилий прилагать было и не надо – просто устроить так, чтобы американские иммиграционные чиновники знали – к ним едет не какая-нибудь нищая революционная шантрапа, а сын солидного человека.
«Следует учесть, что вложения американского капитала в России выросли во много раз за годы Первой мировой войны. Фрэнсис был инициатором широких планов подчинения российской экономики интересам США и одновременно устранения России как конкурента его страны с мирового рынка зерна. Возможно, что оказание поддержки видному российскому революционеру входило в сложные многоходовые комбинации, продуманные в правящих кругах США с целью дестабилизации России».
Конечно, Троцкий в ту пору не пользовался особым влиянием, но почему бы и не прикормить человека на всякий случай? Это ведь ничего американцам не стоило…
