Брежнев велел машинисту бодрее смотреть в окошко вышедшего из строя новенького электровоза и почаще подавать гудки, проводникам вежливо улыбаться, в вагоне-ресторане включить громкую музыку, активистам имитировать ход поезда раскачиванием вагонов и радостными криками: «Мы движемся!» Состав застыл на месте.
Горбачев велел поездной бригаде перестроить свою работу, установить плату за пользование вагонными туалетами, попросить Запад прислать в долг мотодрезину, ввести выборы проводников, созвать съезд пассажиров, в каждом купе выпускать стенгазету и разрешить свободно говорить и писать, что впереди конец света… Состав тронулся и покатился под уклон.
Картина, фантастическая с точки зрения дипломатического этикета, но не сути своей.
– Товарищ Сталин, в приемной ожидают послы Франции, Нидерландов, Египта, Эфиопии, Японии, Индии, Канады, Уругвая, Австралии, Новой Зеландии…
– Введите.
На тему воскресшего Сталина имеется множество разных анекдотов, которые близки к нашей современности.
Ландсбергис потребовал у Горбачева выселить всех русских из Литвы[32]. Михаил Сергеевич, как обычно, трусит, не знает, что делать. Была – не была, дал санкцию на оживление Сталина, чтобы тот за него решил проблему. Сталин прибыл не один…
Звонит Ландсбергису и задает приятно удививший того вопрос:
– Сколько вам потребуется времени, чтобы убрать из республики этих русских, всех до единого? Полмесяца? Хорошо.
Через полмесяца опять звонит:
– Успели вывезти всех этих русских? Никто не остался? Очень хорошо.
Кладет трубку телефонного аппарата и поворачивается к присутствующим.
– Товарищи Жуков, Рокоссовский, Конев, Василевский и вы, товарищ Берия. Приказываю силами четырех фронтов и отдельной дивизии НКВД приступить к выполнению оперативного плана «Отбивная по-литовски». Начало операции в 24.00 сегодня, окончание в 24.00 завтра.
У Горбачева эстонские националисты похитили жену. Держат в заложниках и требуют предоставить Эстонии независимость. Михаил Сергеевич, не надеясь на разваленные им КГБ и МВД, звонит на тот свет Сталину, умоляет простить и помочь вернуть Раису Максимовну – свет очей безутешного супруга.
Вождь тронут, соглашается. Велит соединить его с похитителями:
– Алло, Таллин?
Телефонистка:
– Сдесь не коворят по-русски, коворите, посалуста, по-эстонски.
Сталин:
– Потерпите, скоро по-эстонски вся Колыма заговорит.
Иногда этот анекдот рассказывали применительно к Латвии. Сталин позвонил в Ригу и, когда от него потребовали, чтобы он говорил по-латышски, веско произнес: «Если через 15 минут заложница не окажется на свободе, то латышская речь будет слышна по всей Сибири».
Перед отъездом Сталина в Прибалтику ему зачитывают справку о том, что тамошнее коренное население делится на эстонцев, латышей, литовцев, которые занимаются сельским хозяйством, рыболовством и… Сталин останавливает информатора:
– Неверно. Население делится на оптимистов, пессимистов и реалистов. А заниматься им надо следующим. Оптимистам изучать русский язык, пессимистам – карту Сибири, реалистам – биографию товарища Сталина и его труды.
Сталин осматривает новое здание Московского университета имени Ломоносова. Заходит в одну из комнат общежития. Ему сообщают, что здесь живет лучший студент юридического факультета МГУ.
– Горбачев Михаил, – представился юноша.
– Я смотрю, на столе много книг, тетради с записями, – говорит Сталин. – Мы вас оторвали от работы. Над чем трудились?
– Оперу пишу.
– Как интересно, какой широкий кругозор у молодого человека… Будете писать об учебе, о товарищах? Про свою девушку тоже написать сможете?
– Про всех, товарищ Сталин, могу. И опер хочет, чтобы о каждом написал.
На том свете оживленно обсуждают новость с этого света.
– Товарищ Сталин, вы слышали, в Советском Союзе затеяли перестройку. Как вы думаете, у них что-нибудь получится?
– Есть два варианта развития событий, – покуривая трубку, неторопливо ответил вождь. – Первый реалистический: к ним прилетают инопланетяне и все действительно перестраивают. Второй фантастический: они все сделают сами, без инопланетян.
Были выделены западные гранты и объявлен анонимный конкурс на новейшую историю российского капитализма не более чем в 2-х томах, в доступной и читабельной форме. Новые русские, которых отстреляли в бесчисленных разборках, прислали свои рукописи даже с того света. Лучший труд, написанный простым и ясным языком, был озаглавлен столь же незатейливо: первый том – «Понты», второй том – «Кранты». В жюри думали, что автор – один из новых русских, только высокообразованный. Но выяснилось, что это был И.В. Сталин.
Закончился первый официальный визит М.С Горбачева в США. Всю обратную дорогу в самолете Горбачев был в плохом настроении. Наконец, не выдержал и стал плакаться дражайшей Раисе Максимовне:
