И все же лишь роспуском ЕАК решительный пересмотр ближневосточной политики Советского Союза не мог ограничиться, он должен был неизбежно затронуть и более высокий уровень. И очень скоро затронул, стал поводом для очередного, оказавшегося самым значительным передела власти в Кремле.
После победы над нацистской Германией минуло три с половиной года. Однако практически ни одну задачу из тех, что поставила сама жизнь и небезосновательно выдвинуло узкое руководство, как наиболее насущные, первоочередные, решить так и не удалось.
Города и деревни тех областей, по которым дважды — с запада на восток и обратно — прошел страшный и безжалостный каток боевых действий, еще не были подняты из руин, хотя время, отведенное на восстановление, почти истекло. Рабочую силу, немногие имеющиеся средства приходилось прежде всего и главным образом направлять на восстановление промышленности, но и там дела оказались далеко не блестящими. Только в конце 1948 г. удалось начать выпуск крайне необходимой для сельского хозяйства продукции на Минском и Харьковском тракторных заводах, Ростовском и Харьковском комбайновых. Тогда же завершилось восстановление крупнейшей в европейской части СССР ГЭС — Днепровской, Азовского и Макеевского металлургических комбинатов, предприятий комплекса Криворожского бассейна, частично — шахт Донбасса.
До некоторой степени явные просчеты, недостатки, неудачи компенсировались тем, что бросалось в глаза, могло служить не только весомым доказательством все же имевшихся достижений, но и их рекламой. В 1947 г. в значительной степени благодаря репарациям, вывозу из Германии промышленного оборудования начался массовый выпуск в Москве, Горьком и Ярославле автобусов «ЗИС-154» и «ЗИС-155»; легковых автомобилей «Москвич», «Победа», «ЗИМ», «ЗИС-110»; грузовиков «ЗИС-150», «ЗИС-151»; «ГАЗ-63», «ЯАЗ-200», «ЯАЗ-210», а на новом автозаводе в Минске — МАЗ-2». В конце 1946 г. стало возможным приступить к серийному производству пассажирского самолета «Ил-62», а спустя два года еще и многоцелевого «Ан-2», что воссоздало гражданскую авиацию.
Причины серьезнейших отставаний в выполнении пятилетнего плана восстановления и подъема народного хозяйства крылись в оценке и подходах к международному положению: в неприятии монополии США на ядерное оружие, в признании правил «холодной войны» с ее непременным атрибутом — гонкой вооружений. Это вынуждало узкое руководство направлять чуть ли не все возможности экономического потенциала страны преимущественно на два направления, те, что стали, но лишь для власти, первостепенными, вынуждая откладывать все остальное до лучших времен.
Первое направление — атомное: работа промышленных ядерных центров под Арзамасом, Челябинском, научных — в Москве и Сухуми; строительство полигона под Семипалатинском. 6 ноября 1947 г. Молотову удалось поразить мир — заявить во всеуслышание на торжественном заседании Моссовета по случаю 30-летия Октябрьской революции: «Известно, что в экспансионистских кругах Соединенных Штатов Америки распространилась новая своеобразная религия: при неверии в свои внутренние силы — вера в секрет атомной бомбы, хотя этого секрета давно уже не существует».
Пришлось Советскому Союзу, хотел он того или нет, сосредоточить экономические возможности и на еще одном, не менее важном направлении — на создании средств доставки ядерного оружия: для отдаленного будущего — ракет, для ближайшего — бомбардировщиков дальнего действия, четырехмоторных «Ту-4», фактически точных копий американского самолета «В-29»; реактивных — «Ту-12», впервые поднятого в воздух летом 1947 г., и «Ту-14», испытания которого состоялись в конце того же года.
По мнению узкого руководства, лишь паритетность, создание собственного ядерного щита могли позволить говорить с США на равных, защищать национальные интересы Советского Союза, гарантировать его безопасность в настоящем и будущем. И это заставляло вновь и вновь откладывать решение более насущных, но уже для населения, задач — резкого увеличения производства продуктов питания, предметов широкого потребления, строительства жилья. Вынуждало направлять на оборону гигантские средства: только на содержание собственно Вооруженных Сил, притом открытое, с утверждением на сессиях ВС СССР, в 1946 г. — 22,8 процента расходной части всего бюджета, в 1947-м — 15,8, но уже в 1948-м — 17,5, а на 1949 г. запланировать и того больше — 19,1 процента. Несколько меньше выделяли на МВД с его собственными войсками. Наконец, огромные средства требовали и министерства, в той или иной степени работавшие на оборону. При этом с 1946 по 1949 годы расходы только на строительство Военно-Морского Флота увеличились почти в два раза.
