Еще в январе 1945 года (до Ялтинской конференции) СССР попытался заключить с правительством Ирана договор на право разведки и разработки нефтяных месторождений в северных провинциях, Иранском Азербайджане. Узнав об этом, Черчилль категорически возражал: намерение Москвы воскресило борьбу начала XX века России и Британской империи в этом регионе, закончившуюся тогда разделением интересов двух государств в Персии. Сейчас же Англия не собиралась допускать русских к «своей» нефти. Госдепартамент США тоже выступил против проникновения СССР в этот регион. Однако Рузвельт не стал принимать никаких мер, и дело отложили до более подходящего случая.
Здесь Сталин боролся только против англичан, американцев не интересовал Иран: еще в феврале 1944 года Рузвельт указал английскому послу в Вашингтоне Галифаксу схему раздела на Ближнем Востоке: «Персидская нефть ваша. Нефть Ирака и Кувейта мы поделим. Что касается Саудовской Аравии, она наша»525.
Этот случай пришелся на послепобедный год. 9 ноября 1946 года советские и английские войска должны были быть выведены из Ирана. Но Москва не торопилась. На угрозу американцев вынести вопрос вывода войск на обсуждение в ООН Сталин, по словам Д. Кеннана, заметил: «Мы со стыда не умрем».
В сентябре 1945 года недавно образованная Демократическая партия Азербайджана потребовала предоставить южному Азербайджану национально-культурную автономию, затем продекларировала о ее создании. Тогда же и в Иранском Курдистане возникло национальное правительство.
Поставив на шахматном поле Ирана эти две новые фигуры, Сталин, как казалось в Кремле, заметно улучшил свою позицию. И он добился своего, правда, только внешне. В мае 1946 года советско-иранская нефтяная компания была создана, шах подписал учредительные документы с одним условием: их должен одобрить меджлис. Войска были выведены, а депутаты меджлиса проголосовали против.
Это была обычная практика Сталина: напор, стойкость и только в крайнем случае — уступки.
Параллельно атомным бомбардировкам 6 и 9 августа японских городов Хиросимы и Нагасаки, предпринятым США для устрашения противника, СССР 8 августа объявил войну Японии. 10 августа Токио сделал заявление о готовности капитулировать, 14 августа — о безоговорочной капитуляции. 15 августа Япония подписала перемирие с США, Англией, Китаем. В это время части Красной армии продолжали военные действия, чтобы обеспечить занятие Ляодунского полуострова, где находились Порт-Артур и порт Дальний.
На этом фоне выделяется один эпизод сотрудничества СССР и США. 11 августа в два часа ночи английского посла Керра и американского — Гарримана пригласили к Молотову. Советский министр сообщил, что согласен с предложением США относительно демократизации Японии после окончания войны, и высказал мнение, чтобы у союзников было два верховных главнокомандующих — генерал Макартур и маршал Василевский. На это Гарриман твердо ответил, что США воюют с Японией четыре года, а СССР — два дня и что верховным будет только американец.
Американцы не собирались допускать союзника в Японию. Ранее согласованный с американцами советский десант на Хоккайдо был в последний момент ими отменен, хотя в Москве уже планировали включить этот остров в свою зону оккупации. Возражение Гарримана против совместного управления (по примеру Германии) побежденной Японией показало Сталину, что Трумэн стремится максимально ограничить Советский Союз в победных завоеваниях.
Одиннадцатого августа, в день встречи Молотова с Гарриманом, Трумэн распорядился сразу же после капитуляции Японии занять порт Дальний. Впрочем, когда американские морские пехотинцы добрались до Дальнего, они увидели там советских солдат.
Вскоре Трумэн в категоричной форме потребовал от Сталина предоставить право базирования американских ВВС на Курильских островах. Наш герой ответил, что так разговаривают с побежденной страной, но Советский Союз не побежден.
Подчеркнем, несмотря на то, что мир продвигался к новому противостоянию, общее союзническое прошлое было еще сильно укоренено в сознании руководства и реально существовало как политический фактор. К тому же Сталин знал, что военное руководство США и Англии отдает себе отчет в мощи сухопутных войск СССР.
Вскоре Сталин получил предложение из Вашингтона об условиях финансовой помощи. Экономические потери СССР были огромны, помощь — желанна.
По-видимому, Сталин еще не до конца освободился от представлений военного времени и воспринимал перспективы сотрудничества с союзниками как продолжение своеобразного ленд-лиза. На самом же деле никакого ленд-лиза больше быть не могло.
